Не в силах выдавить из себя ни слова, я только киваю, в надежде что такой ответ его устроит.
– Я бы попросил тебя оставить нашу встречу в тайне, но к сожалению, я успел засветиться, – он кивает головой в сторону кабинета. – Кто бы знал, что Суворов такой предусмотрительный сукин сын.
После этих слов незнакомец заговорщицки подмигивает мне и скрывается за дверью в конце коридора.
Через несколько секунд раздаются звуки торопливых шагов, которые не способен заглушить даже ковер и в коридоре появляются двое мужчин в форме охраны.
Увидев меня они резко тормозят, но я, наконец, прихожу в себя и ору им:
– Он за этой дверью.
Один из них остается со мной, а второй открывает дверь, за которой скрылся незнакомец и громко матерится. Я подхожу ближе и вижу, что в небольшом санузле открыто окно. Наверняка мужчина в маске успел улизнуть через него.
Охранники переводят взгляд с окна на меня и почти хором приказывают:
– Рассказывай.
Глава 4
– Камилла Вячеславовна, – устало вздыхает следователь, представившийся Алексеем Григорьевичем, – напомните, пожалуйста как вы оказались в этом коридоре?
Очень хочется съязвить насчет того, что чтобы “напомнить” мне нужно было изначально об этом рассказать, а он же сам потребовал чтобы я начала свое повествование со встречи с грабителем.
Понятия не имею украл ли что-то тот мужчина в маске, но про себя я его называла именно так.
– Я просто заблудилась, – беззастенчиво вру, – ресторан новый, я там до этого ни разу не была.
– Заблудились? – уточняет полицейский.
– Судя по камерам, вы в коридоре провели около трех минут. Все это время вы пытались найти обратную дорогу?
– Нет, все это время я рассматривала картины. – В самом коридоре камер не было, я бы заметила. Значит они видели только как я выходила из зала. Хотя, вполне возможно, что Суворов установил скрытые камеры и сейчас они проверяют скажу ли я правду или солгу. Надо будет уточнить у Влады, она должна быть в курсе.
– И как? – спрашивает следователь. – Рассмотрели?
– Да, – киваю с воодушевлением, всеми силами пытаясь скрыть разочарование, что собственной работы я там так и не увидела.
Делаю себе пометку об этом тоже спросить у подруги. Ох, чувствую, нас ждет долгий разговор. Главное, чтобы меня отсюда выпустили для начала. А то запишут еще в сообщники и все, небо в клеточку, форма в полосочку и буду вместо картин на заказ тюремные стены облагораживать выцарапывая морские пейзажи ржавым гвоздем.
– Ладно, – машет он рукой, – мы с вами еще свяжемся.
