– Вы знаете, где его найти? – тихо спросил Гордеев.
– Да, – кивнул Дронго. – Я думаю, будет правильно, если мы поедем туда часа через два. Вы, я и мой друг Эдгар. Никто больше не должен об этом знать. Мы его возьмем сами.
– Нет, так нельзя, – сразу возразил Гордеев. – Вы меня извините, я вас очень уважаю. И то, что вы смогли так быстро вычислить Викинга, делает вам честь. Но вам нельзя его задерживать. Он может оказать вооруженное сопротивление. И тогда…
– Я мечтаю, чтобы он оказал нам сопротивление! – улыбнулся Дронго.
– Я просто мечтаю об этом.
Гордеев посмотрел на Вейдеманиса, затем снова на Дронго. И начал понимать…
– Вы не хотите его брать живым, – произнес старший следователь. – Вы хотите его застрелить.
– Во всяком случае, я не стану церемониться, если он откроет огонь.
– Я не могу. Не имею права вам это позволить, – возразил Гордеев. – Иначе вы сами станете убийцами. Я не могу поехать с вами на задержание. Это неправильно. Незаконно.
– Господин Гордеев, – Дронго впервые обратился к старшему следователю именно так.
– Неужели вы не понимаете, что происходит? Этот бандит сколотил группу преступников и принимает заказы на убийства. Не сомневаюсь, что смерть Лунько тоже на его совести. По данным МВД, его нет в живых. И поэтому никто его не ищет. И даже если будут найдены его отпечатки пальцев, то и тогда их не смогут идентифицировать, так как их уже нет в базе данных компьютеров МВД и ФСБ. Он не просто убийца. Он садист и насильник. И я собираюсь его наказать. Я могу дать вам слово, что не стану стрелять в него первым.
Но позволить милиции снова упустить его я не могу. Считайте, что это мое дело.
Гордеев молчал.
– Вы напрасно так переживаете, – вставил Вейдеманис. – Я бывший офицер Первого главного управления КГБ СССР, а мой друг – профессиональный эксперт, которого знают и в прокуратуре, и в МВД. Никто не упрекнет вас, что именно мы выехали на задержание преступника. В конце концов, мы узнали о нем только сейчас.
– И не могли позвонить в милицию? – горько усмехнулся Гордеев.
– Да мне голову оторвут! Вы же понимаете, что так нельзя.
– Хорошо, – неожиданно согласился Дронго. – В таком случае мой друг останется с вами.
В руках Дронго появилось оружие.
– Будем считать, что он угрожал вам пистолетом и вынудил вас остаться в клубе. А я поеду один.
– Уберите оружие, – попросил Гордеев. – И не нужно обращаться ко мне так официально. Вы же знаете, как я вас уважаю. Вы меня убедили, я поеду с вами. Как-нибудь сумею объясниться с начальством.
