– А ты готовишься к тому, чтобы почистить зубы или расчесать волосы?
– Я не понимаю, к чему ты клонишь, – бросил я, хотя, уж если быть честным, понимал.
– Твоя способность врождённая. – Скэр принялся разговаривать со мной как с ребёнком. – Это как пользоваться рукой или ногой. Ты просто чувствуешь её и знаешь, что сможешь ею управлять.
– А я вот не могу. Я ощущаю тёмную материю как лишнюю конечность, которая отравляет мне жизнь.
– Но без тёмной материи ты бы не мог быть чистокровным. Даже твой цвет волос и статус твоей семьи тебя бы не спасли.
Был бы обычным полукровкой.
– Не вижу в этом ничего плохого, – грозно выдал я.
Скэриэл одарил меня благодарным взглядом, но я даже не понял, за какие заслуги. Он сел на диван и принялся не спеша меня разглядывать, как будто мы не виделись много лет.
– Ты мне нравишься, – вдруг тихо произнёс он.
XIV
Я оцепенел. Мне не хотелось пугать его неоднозначной реакцией. Но, вместо того чтобы смутиться, Скэриэл с любопытством наблюдал за мной, словно за какой-то диковинной зверушкой.
Как будто это была не более чем забава, шутка, которую я не признал с первых строк.
Я напряжённо хмыкнул, хотя больше хотелось провалиться под землю. Иногда я просто не мог понять, что там в голове у Лоу, когда он вытворял странные вещи. Он был мне лучшим другом, наверное, самым близким сейчас человеком, но это признание перевернуло всё с ног на голову.
– Ага, конечно.
Скэриэл зажмурился, словно от яркого света, и наклонил голову набок, как будто флиртуя, ну или как будто у него защемило шею.
Из-за полного отсутствия опыта на любовном фронте я был плох в распознавании всего, что касалось романтики. Но, уверен, даже если бы кто-то растянул транспарант с признанием в любви, я бы и тогда воспринял это как шутку.
– Ты мне не веришь? – спросил он беззаботным голосом, и меня это немного успокоило.
Не верю? Как бы помягче выразиться, я даже не уверен, правильно ли воспринял эти слова. Нравиться человек может по-разному. Скэриэл мне нравился как друг, как человек.
О какой симпатии говорил он? Спросить так в лоб – значит поставить себя в неловкое положение. Нравлюсь ли я ему как парень? Я уже давно замечал, что Скэриэл не против подобных отношений, да и я не чувствовал неприязни. Испытывал ли я к нему романтические чувства? Нет, но обижать отказом не хотелось. Лучше бы и вовсе избежать этого разговора.
– Верю. – Я уставился в окно и с запинкой произнёс: – Ты мне тоже…
– Как друг? – перебил он.
