За что тебе спасибо за доверие! Дальше я попробую всё решить сам. Не хочу видеть слёзки на твоём личике, – аккуратно вытирает влагу с моих щёк. – Мне больше нравится, когда ты меня бесишь, а не плачешь. Мне же тебя пожалеть хочется, и не мучить несколько дней! Это издевательство над моими мужскими чувствами, Лапина!
– Как ты это делаешь? – спрашиваю, нахмурившись. – Только ведь плакать хотелось и лежать под лирическую музыку, а одно твоё слово и… хочется тебя поцеловать и признаться в любви.
– Магия, – подмигивает.
– А теперь вставай! Надо твоего отца на путь истинный наставить и мою маму поддержать. Тоже убежала плакать куда-то! Я возьму на себя батю, а ты мою мать! Ещё одну порцию слёз я не выдержу. А вы, девочки знаете, что друг другу сказать и как нас, мужчин, обс… ругать нехорошими словами.
Глава 15
– Дан, – окликаю мачеху, войдя в их с папой спальню.
Закрыв за собой дверь, прохожу к кровати, где она молча сидит и смотрит в одну точку. Не плачет, как говорил Рустам. Но её состояние близко к истерике.
– Мамуль, – повторяю тише и, сев рядом с ней, притягиваю мачеху к себе. – Мужики – козлы! И мой папа не исключение.
– Мне кажется, он любит твою маму до сих пор, – жалостливо произносит и прячет лицо. – Я ему не нужна!
– Глупости! – прерываю её. – Он же сказал, что принял её только потому, что однажды она подарила ему ребёнка. Ты же знаешь папу. Если человек сделает ему что-то хорошее, то он будет до конца жизни его уважать.
– И любить?
– Ну, не знаю… меня он любит, чтобы я не сделала, – хмыкаю, коротко хохотнув.
– А Стефа… Ох, Дан! Я не думаю, что папа когда-нибудь простит ей измену и предательство. Помочь поможет, но обратно её не примет. Он женатый мужчина, и у него большая, сплочённая семья. Папа не променяет это на нестабильность."
"– Однажды чуть не променял, – вздыхает, изрекая неожиданные слова. – Роман с секретаршей почти закрутил, но вовремя опомнился. Пришёл и во всём признался мне. Сказал, что виноват, что допустил мысль о том, чтобы быть с другой женщиной.
Но клялся, что между ними ничего не было.
– И ты поверила?
– Поверила, – кивает. – Я ведь люблю его, Алиса. Больной любовью. Я очень боюсь его потерять, – сглатывает слёзы и продолжает. – Настолько сильно боюсь, что… готова всё простить. Даже если он решит быть со Стефой.
– Это ненормально, мам, – заключаю, мотая головой. – Я, может быть, ещё молодая и зелёная, но уже понимаю, что в этой жизни в первую очередь нужно себя любить как сумасшедшая.
