Кто бы говорил!
- Тебя это не касается, - специально ухожу от прямого ответа.
Не понимаю, почему продолжаю провоцировать его? Почему с удовлетворением слежу, как он чернеет от гнева?
- Слышала, что Костя… - закашливается. - Что Константин Юрьевич сказал? Никаких «подружек», - выплевывает ядовито. - Домой! Мне не нужны лишние проблемы.
- Наберешь меня в случае проверки. Соврешь им что-нибудь, тебе не привыкать, - язвлю, вынуждая его стиснуть губы и скрипнуть зубами.
- Ты едешь со мной, - распахивает дверь мерса.
- Прекрати командовать, я не твоя жена, - наступаю ему на ногу каблуком. Мэт кривится, но не отпускает меня.
- Моя… - нагло заталкивает меня в машину, - на тридцать дней.
Глава 1
Три дня назад
Матвей
- От тебя духами пахнет? – вкрадчивый голосок, наполненный сомнениями, заставляет меня улыбнуться.
Ксюша выглядывает в коридор, как только я открываю дверь и переступаю порог. Встречает меня, морщит аккуратный, вздернутый носик, который я тут же целую.
- Бешамель номер пять, - смеюсь, бросая на тумбу влажный после дождя пиджак.
Притягиваю к себе вредную жену, зарываюсь носом в ее волосы. – Мне опять пришлось полдня на кухне возиться с этими бездарями. Так что у меня эксклюзивная туалетная вода с нотками говядины Веллингтон, сгоревшей к хренам, и крема Муслин из свернувшегося, мать его, молока.
- Как я понимаю, собеседование на должность шеф-повара сегодня никто не прошел, и эту роль опять исполнял ты сам, - расслабившись в моих руках, приглушенно хихикает Ксюша, а потом запрокидывает голову и чмокает меня в подбородок.
- Мне иногда кажется, что ты не владелец ресторана, а кухонный рабочий.
- Издержки бизнеса. Я не могу пустить все на самотек, - наклоняюсь, чтобы поймать ее пухлые губы и накрыть поцелуем.
- М-м-м, - сладко постанывает на выдохе, ведет ладошками по торсу, обвивает талию, плотно прижимаясь ко мне. Откликается молниеносно, отвечает с пылом и безудержной страстью.
У нас с ней один способ примирения в любой ситуации, но сегодня придется обойтись без него…
Остро реагирую на каждый ее вздох и каждое прикосновение.
Как голодающий, перед носом которого поставили блюдо с ароматной курочкой только из духовки. Готов сожрать Ксюшу на месте, не отходя от двери. Именно поэтому заставляю себя оборвать опасный поцелуй. Сдерживаюсь из последних сил, которые уже на исходе. Третий день…
Жена стреляет в меня затуманенным взглядом, закусывает губу, хмурится. Молча обнимаю ее и покачиваю в руках, успокаиваясь.
