Я спотыкаюсь и едва не лечу на пол. Лишь бы не упасть приходится сделать пару широких шагов вперед, чтобы восстановить равновесие. Вот только небольшой заминки мужу хватает, чтобы затащить меня в мой же кабинет. Отпускает мою руку, после этого он просто захлопывает дверь и закрывает ее собой. Мне же приходится развернуться, чтобы заглянуть в когда-то любимое, а сейчас ненавистное лицо.
Марк же как оставался сдержанным, полностью контролирующим свои эмоции, так и остается.
— Объясняй! — приказывает, при этом нежно поглаживает спинку дочери.
— В таком тоне будешь разговаривать со своими бабами, — обхватываю саднящее запястье и потираю его.
— Какими еще бабами? — цедит Марк сквозь стиснутые зубы, в его глазах появляется гневный огонек.
— Которых трахал на видео, — взмахиваю руками.
— Какое еще видео? — хмурится Марк.
— Вот это, — разворачиваюсь, иду к своему столу, поворачиваю ноутбук, тянусь к флешке и… не нахожу ее.
Застываю на мгновение. Наклоняюсь над столом. Смотрю на пустое отделение и не верю своим глазам.
Пусто.
А где?
Тяжело сглатываю.
Неужели… Марк ее забрал?
Глава 11
Трусики! Точно! Я же их на стол бросила. Они должны быть еще тут. Должны…
Быстрым взглядом пробегаюсь по столешнице. Ничего не нахожу. Огибаю стол, отодвигаю кресло на колесиках — оно врезается в стену, присаживаюсь на корточки. Тут тоже нет. Только бумажный конверт валяется в мусорной корзине — а я его туда не бросала! Достаю, открываю, оборачиваю, чтобы вытряхнуть содержимое — пусто. Поднимаю ноутбук, роюсь в бумагах.
Бесполезно.
Я так концентрируюсь на поисках, что не слышу, как Марк подходит к столу. Поэтому вздрагиваю, когда вижу, что он занимает место для посетителей, после чего садит на колени Маришку. Отшагиваю назад, впиваюсь в мужа яростным взглядом, пока наша дочка играет с пуговицами на рубашке отца.
— Инга, может, хватит? — вздыхает Марк, откидываясь на спинку кресла.
— Ты забрал флешку, да? — цежу сквозь стиснутые челюсти.
Упираясь ладонями в столешницу, нависаю над ней.
Смотрю мужу прямо в глаза, стараясь поймать там хотя бы отражение чувств. Но Марк нацепил на себя безэмоциональную маску — на его лице даже мускул не дергается.
— Я не понимаю, о какой флешке ты говоришь, — муж едва заметно приподнимает бровь.
— О той, где было видео, на котором ты развлекаешься у себя в кабинете с двумя девушками, — все внутри сводит от отвращения, горло сжимается, но я все равно выдавливаю из себя слова.
Марк чуть склоняет голову набок.
