Зато Марк, видимо, не собирается сдерживаться:
— Инга, ты понимаешь, что здесь дело не в нас с тобой, а в нашей дочери?
— А ты понимаешь, что после всего произошедшего не имеешь права меня отчитывать? — парирую я и глубоко вдыхаю, но взгляда от мужа не отвожу.
Понимаю, что если сдамся сейчас, он сделает все возможное, чтобы прогнуть меня, а это последнее, чего я хочу. Единственное мое желание сейчас — уйти от мужа подальше, лечь на кровать, обнять дочь и вместе с ней спокойно уснуть. Этот день меня лишил последних сил.
Геле, видимо, надоедает наблюдать за нашим противостоянием, поэтому она подходит к нам, подхватывает мою руку и тянет в сторону.
— Поехали, — бросает на меня взгляд с прищуром, как бы говоря “пора с ним заканчивать”. И я с ней согласна. На борьбу с мужем нужны силы, а у меня их попросту нет. Поэтому киваю подруге.
Она тут же отступает в сторону, чтобы обогнуть Марка. Я следую за ней. Но у меня получается сделать всего шаг, ведь на моем запястье смыкаются пальцы мужа. Набираю в грудь побольше воздуха, зная, что за этим последуют.
— Куда ты собралась? — Марк оправдывает все мои “ожидания”, не могу сдержать ироничного смешка.
— К Геле, — отвечаю правду. Смысла врать все равно нет, если муж захочет, он меня найдет.
— И что ты там забыла? — Марк сужает глаза.
Не успеваю ответить, как Геля меня опережает:
— Она от тебя уходит, ты разве еще не понял? — язвительность пропитала каждое ее слова. Геля долго не думает, дергает меня за руку, которую держит муж.
Шумно втягиваю воздух, когда вдобавок Марк сильнее сжимает мое запястье, чтобы задержать на месте.
Жгучая боль разносится по руке, после чего та немеет.
— Ты едешь со мной! — рявкает муж, вырывая мою руку из пальцев Гели. — Домой.
— Я никуда с тобой не поеду, — отчеканиваю я, стараясь не повышать голос.
Смотрю на мужа и понимаю, что передо мной стоит другой человек. Черты его лица заострены, ноздри раздуваются, глаза метают молнии. Не за такого Марка я выходила замуж. Поначалу он относился ко мне очень тепло.
Вплоть до того, что следил за тем, поела я или нет. А когда простуда сбивала меня с ног, он волновался больше всех: приносил лекарство, отпаивал чаями, наблюдал за моим состоянием, пока болезнь не отходила на задний план. Прежний Марк замечал все мелочи, связанные со мной. Он знал, что я люблю чай с сахаром, а кофе без всего. По выходным готовил мне панкейки с бананом, а на мой день рождения мы всегда куда-то выбирались. Это было традицией посещать новые места.
