И возвращаться она не собирается. Тем более из жалости.
Открытие было неприятным и очень болезненным, но Алексей все еще надеялся переломить ситуацию в свою пользу и достучаться до бывшей семьи.
Поэтому, собравшись духом, позвонил дочери.
Она не сразу, но все-таки ответила и это вселяло определенные надежды на успех.
— Даша, здравствуй! — глухо произнес он, — как твои дела?
— Прекрасно.
— Мама сказала, что у тебя будет малыш?
— Будет.
Разговор не клеился.
Жданов не знал, как ее расположить к себе, а сама Даша не явно не рвалась к разговорам по душам. Даже не спросила, как он себя чувствовал!
Это было обидно.
— Я бы хотел, чтобы ты приехала ко мне.
— Зачем? — в голосе искреннее удивление, как будто ее к себе звал не пострадавший отец, а какой-то посторонний мужик.
— Я соскучился… и решил…
Кажется, его решения волновали Дашу в последнюю очередь:
— Пап…чего ты от меня хочешь?
— Уважения! — раздраженно сказал он, обиженный холодностью дочери, — сочувствия и поддержки!
— Слушай… — она тяжко вздохнула в трубку, — ты сделал свой выбор тогда.
Поэтому звони Марине и проси поддержки у нее.
— Мы разводимся! — выпалил он, — разве мама тебе об этом не сказала?
— У нас с мамой полно более интересных тем для разговоров, — в каждом слове колючки и холод.
Когда его маленькая, веселая дочь успела стать такой равнодушной?
— Даш, я понимаю, что ты обижена.
Да, я поступил некрасиво, но я осознал это. Я надеюсь, ты сумеешь меня простить, и мы наладим прежние отношения, — он говорил смиренно, с надрывом, уверенный, что дочь почувствует всю силу его раскаяния. Поймет.
Однако вместо понимания, раздалось категоричное, хлесткое:
— Нет.
— Да почему?! — не выдержал он.
— Тебя не было рядом в самые сложные моменты.
Мало того, ты сам стал причиной этих моментов. Отказался от нас в погоне за своей новой любовью, не вспоминал, не помогал. Растоптал сердце матери. Не защитил меня, когда твоя женушка решила снова вмешаться в мою жизнь, — Даше хлестала равнодушными словами, от которых Жданов вздрагивал, словно от ударов, — а теперь смеешь рассчитывать на какое-то сочувствие? Примирение? Прости, но ты…посторонний.
