В конце концов, если бы он обсуждал эти темы с Громовым, тот обязательно об этом упомянул бы. По крайней мере, я на это надеялась.
Но подстраховка никому ещё не вредила, поэтому я осторожно добавила.
— К тому же, я сейчас не могу никуда уезжать. Я ведь готовлюсь поступать на курсы. Ландшафтный дизайн, помните?
— Конечно. Само собой, — Лисицын кивнул. — Желаю вам поступить и закончить с грамотой и отличием.
Я ответила улыбкой на улыбку. С души будто груз свалился — я умудрилась ничего не испортить и не навела нашего дознавателя ни на какие лишние подозрения.
Вроде бы.
Пожалуй, можно было даже расслабиться.
Но только легче сказать, чем сделать, потому что слова Лисицыны крепко застряли у меня в голове.
Мне удавалось отмахиваться от непрошенных мыслей до самого вечера, но когда осенние сумерки за окнами сгустились, а в доме всё стихло и ничто не намекало на скорое возвращение хозяева, я сдалась. Отложила вызубренные от корки до корки конспекты и отправилась на поиски новостей.
Связаться с мужем по телефону я не то что не догадалась, у меня и мысли такой не возникло бы.
Даже представить себе, что сейчас я возьмусь ему названивать и выяснять, собирается ли он возвращаться домой… Особенно после всех странностей прошедшей ночи… Ну уж нет!
— Алина, раскладную софу уже перенесли. Поставили у окна, как ты просила.
Горничная Марина попалась мне очень кстати. Во-первых, она сообщила благую весть: софу, на которой я собиралась спать в ближайшее время, по моей просьбе благополучно транспортировали в хозяйскую спальню.
Во-вторых, она могла послужить источником необходимой мне информации.
— Спасибо огромное! — я бросилась к горничной, выносившей из комнаты корзину с бельём, и положила ладонь ей на локоть. — Марин, у тебя будет пара свободных минут?
— Спрашиваешь, — улыбнулась она.
— Отлично. Тебя Лисицын недавно расспросами не донимал?
Она качнула головой и перехватила корзину поудобнее:
— Меня он не трогал. Но с Олей из кухни беседовал. И с кем-то из садовой прислуги вроде бы тоже.
Ну вот просто везде успевает нос свой сунуть! Ему бы в шпионы пойти. Незаменимым кадром наверняка оказался бы.
— А ты… — мне сделалось очень неловко, но вопрос требовал ответа, — ты не знаешь, Громов часто вот так в Москве остаётся? Просто Лисицын за завтраком об этом упоминал. Говорил, мол, по работе там частенько днюет и даже ночует.
Марина закусила губу. Взглянула на меня почти виновато.
— Что? — не выдержала я.
