Но никто не запретит им опросить всех, кто работает в твоём доме.
— На этаже никого не было. Я из дома в день свадьбы всех выгнал, — Громов взирал на меня с ощутимой прохладцей. — Митина, ты совсем за идиота меня держишь? Никто Илону не видел, ясно? Проехали.
Илону. Имечко-то какое…
— Илону, может, и не видел, — не удержалась я от ехидцы. — А как быть с какой-нибудь Анжеликой, Снежаной, Эльвирой, которую ты следующей в свою постель потащишь?"
"Громов молчал, хотя тонкие ноздри хищно раздулись, демонстрируя степень его неподдельного раздражения.
— Можешь вынести их за скобки, — проскрежетал он. — Все свои удовольствия я оставлю за пределами дома, чтобы не подпитывать твою паранойю.
Тёмный взгляд катком прошёлся по мне до самой макушки.
— Ну как? Теперь полегчало?
Я проигнорировала его издёвку и принялась за свою щедро сдобренную маслом и фруктами кашу.
Посчитаем это победой, пусть и мизерной. По крайней мере, мне не придётся сталкиваться под одной крышей с его пёстрым гаремом. Засвербит в одном месте — путь развлекается, но подальше от моих глаз и ушей.
— Но я от тебя подобных жертв требовать не намерен, — крепкие белые зубы вгрызлись в поджаристый тост, и на мой немой вопрос Громов ответил, лишь когда дожевал его до конца. — Можешь ни в чём себе не отказывать. Развлекайся с кем хочешь и когда хочешь. Цени мою уступчивость, Митина.
— До пошёл ты, — шепнула я и вернулась к своей каше.
Видимо, переговоры мы умели вести только в присутствии адвокатов.
Очень уместное наблюдение — подозреваю, следующей попыткой заговорить о делах как раз и будет обсуждение нашего неминуемого развода.
Хотя что там вообще обсуждать?
Разве что сроки. И я уже готова была обводить числа в календаре.
Только бы поскорее этот адский цирк завершился.
После завтрака мы холодно распрощались, и я вернулась в свой коттедж забрать кое-какие вещи, которые понадобятся мне в учёбе.
— Что, не выдержала вчера? — Уля деловито сновала от кухонного стола к печке, готовя себе нехитрый обед.
— Но ты не переживай. Я тут за всем присмотрю. И за рыбками. И за цветами. Ну и Громов-то наведываться тебе сюда не запрещал, я надеюсь?
Перебирая папки с бумагами, я мотнула головой, с досадой осознавая, что тут он повода для ненависти мне не предоставил.
— Нет, но… всё равно не хочется тебя одну оставлять.
— Ну, пришли мне из дома парочку слуг, — хихикнула Уля, взмахнув кухонной лопаточкой. — Я буду не против.
— Посмотрю, что можно сделать, — усмехнулась я.
