Съехали они совсем недавно, поэтому такого ощущения, что дом нежилой, у меня нет, когда я включаю свет. Но уборку нужно провести генеральную, это да. И сначала узнать, как быстро мне смогут сделать отопление.
Осматриваюсь. Обстановка не от модного дизайнера, но все, что есть, оно настолько пронизано моими детством и юностью, а еще ностальгией, что сердце сжимается. И я очень стараюсь не расплакаться.
Жить вполне можно. Да и тепло, хотя стало уже выветриваться. Надо разжечь печку снова. Это так давно было, но я вроде помню.
Закладываю дрова, поджигаю, закрываю дверцу. Огонь начинает потрескивать.
Электричество есть, вода - тоже. И даже электрический чайник. От переживаний хочется есть, поэтому решаю поставить чай и перекусить оставшейся после дороги провизией.
Однако меня ждет сюрприз - вода перекрыта. Открывается в принципе легко, но с улицы. Натягиваю рабочую куртку, что висит в прихожей, беру обыкновенный мощный фонарь и иду открывать воду. Мишка или забыл, или не стал оставлять без присмотра открытой.
Вроде бы помню, где здесь и что, но за домом мне приходится полазить, чтобы найти кран. А когда возвращаюсь, то вижу, что дверь в дом нараспашку и оттуда стелются полосы дыма.
А еще доносится отборный мат. Исполненный мужским голосом. И голос - явно взрослый.
Я немного в шоке, закрываю нос и рот воротником куртки и захожу внутрь. Глаза тут же начинает щипать. Дыма неожиданно много. Я что-то сделала не так - это очевидно.
Мат, между тем, не смолкает. Звучит, всё витиеватей. К нему добавляется какой-то грохот.
- Вы кто такой? - спрашиваю я у широкой мужской спины, которая что-то делает у моей печки.
- Санта Клаус, бля*ь... В трубе застрял, - отвечает мне незваный гость, - Ты чего заслонку не открыла, Снегурочка?!
Опешиваю окончательно. Давно так со мной никто не разговаривал.
- Окна открывай и марш на улицу. Угоришь, горе в тряпочке... - эпитеты, да и сам тон незнакомого мужчины заставляют задуматься, а где у меня скалка.
Но - всё в дыму. И здравый смысл вопит, что незнакомца мне следует послушаться, а перевоспитывать и прививать хорошие манеры - начать чуть позже.
Открываю окна. После этого меня цепляют за локоть и вытаскивают на улицу.
- Головой надо немного думать! - слышу я уже там, - Если не знаешь, что такое печка, то зачем вообще полезла?!
Меня продолжают распекать. В темноте его лица не видно, но вот аромат дорогого мужского парфюма я распознаю безошибочно.
Глава 26
Константин
Не могу унять раздражение.
