Видимо, съехать придется нам с дочерью.
Захожу к ней в спальню и нахожу Оксану уже готовой.
– Поехали?
– Ага. Я все взяла.
– Я тоже, – показываю ей свою небольшую сумку, потому что у родителей полно наших вещей.
Когда мы уже обуваемся, к нам выходит Герман.
Оксана не поднимает на него глаз, будто провинившаяся.
– Я вас отвезу.
– Не стоит. Такси нас уже ждет. Отдыхай, – отвечаю ему и с по-настоящему тяжелым сердцем выхожу.
Я люблю своего мужа. Но если все останется на том же уровне, то эта любовь быстро умрет в попытке оправдать мужчину, который причиняет лишь боль.
Глава 10
Герман
Несмотря на то что Мила попросила их не отвозить самому, с чем я согласился. Все равно спускаюсь с моими девочками вниз.
Эта передышка всем нам пойдет на пользу.
Мы с женой перестали слышать друг друга.
Только вот в этом замешана дочка, и я не думаю, что Мила ее настроила против. Никогда не думал. Я знаю, что я не в порядке, просто не понимал, насколько это серьезно.
Сложно взглянуть со стороны на себя. Но в глазах дочери я увидел все что мог.
Оплачиваю дорогу, передав деньги таксисту и обойдя машину, встаю напротив Милы и Оксаны.
Дочка смотрит в пол, и я чувствую себя куском дерьма.
Жена, скорее всего, интуитивно понимает, что мне нужна минутка, поэтому открывает дверь и двигается дальше по сидению.
Мне этот шаг дается тяжело, так как я испытываю вину. А людям порой тяжело исправлять сделанное неосознанно.
– Оксан, – зову ее, и она медленно поднимает голову.
Ее потерянный взгляд не тот, что я боялся увидеть.
Она грустная, но сейчас там нет страха. Только детская боль, причина которой – ее родной отец.
– Я очень виноват перед тобой и мамой. И мне жаль, что я так себя вел. Я прошу у тебя и мамы прощения, а еще обещаю все исправить, слышишь?
– Я испугалась, – неожиданно делится она со мной и этот момент доверия, становится каким-то особенным для меня."
