Давид въезжает в лифт, я вхожу следом. Едем на самый верхний этаж.
— А почему вверх? — спрашиваю Давида, но он не отвечает. Молча указывает на дверь, ведущую… куда?
— Мы идем на крышу?
Данилевский утвердительно кивает, я в полной растерянности следую за ним. Плечи окутывает прохладный ночной воздух, и я обхватываю себя ладонями. Давид поворачивает голову и резко тормозит.
— Подожди.
Я тоже останавливаюсь. Он стаскивает с себя пиджак и набрасывает мне на плечи.
— Ты замерзла, Марта. Оденься.
Замираю, сама не пойму почему.
От пиджака пахнет дорогим мужским парфюмом, который кажется мне знакомым. Откуда, если я совсем не разбираюсь в мужских ароматах? Но я даже носом веду, торопливо вдыхая терпкий мужской запах.
— Марта, ты собираешься проводить брачную ночь на крыше? — звучит насмешливое, и я распахиваю глаза.
— Какую брачную ночь? — спрашиваю возмущенно. — У нас с вами фиктивный брак!
Он смотрит оценивающе, хочет что-то сказать, но его слова заглушает приближающийся рокочущий гул. И когда я вижу зависающую над крышей тень, не сдерживаюсь и ахаю, прижав к щекам ладони.
Глава 10
— Звезда Смерти! — вырывается у меня непроизвольно.
— Что? — Данилевский выглядит сбитым с толку, но вертолет уже приземляется на крышу, и он подталкивает меня к открывшейся двери.
Возмущенно отпихиваю его руки. Обязательно опять хватать меня за задницу? У меня еще с прошлого раза пятна не прогорели.
— Марта, прекрати, ты сейчас оторвешь мне пальцы, — перекрикивая рокот винтов, ругается муж. — Я пытаюсь тебя подсадить.
В дверях появляется мужчина в наушниках с микрофоном, наверное, пилот. Потому что кроме него в салоне больше никого нет.
Он втягивает меня внутрь, и Данилевский, наконец-то, убирает свои руки. Пилот садится за штурвал и вертолет поднимается над крышей. Давид так и сидит в своем кресле.
— Эй, послушайте, — говорю возмущенно, — вы что, хотите его здесь бросить?
— Сядьте и пристегнитесь, — говорит мне пилот и поворачивается к штурвалу.
Вертолет пролетает до края здания и опускается так, чтобы дверца была вровень с крышей.
Обращаю внимание, что рядом с пилотом отсутствует кресло. Только собираюсь спросить, почему, как вижу подъезжающего к краю Данилевского.
— Только не говорите, что он сейчас… — начинаю говорить и издаю полузадушенный вскрик, закрывая лицо руками.
Не то, чтобы я за несколько часов так успела привязаться к фиктивному мужу. Но и увидеть, как он падает вместе с креслом с крыши ресторанного комплекса пока не готова.
