И прирастить в грядущем хаосе немножко территорий. А мировое сообщество одобрит. Так что наша операция сегодня архиважна… Ну и халтурка для вас подоспела.
– Что за халтурка? – тут же напрягся я в дурном ожидании.
– По профилю. Ужас и террор.
Ну вот, предмет моих ночных кошмаров. Список на ликвидацию.
– Так расстрельный список исполнен! – воскликнул я.
– А такое возможно? – кисло улыбнулся Петр Петрович. – Нет. Такие списки не исполняются полностью никогда. Бывает, их перестают исполнять. И тогда начинается разброд и шатание.
А в итоге – хаос.
Я пробежался по новым фамилиям. В принципе по положению эти люди ничем не отличались от старых. Среднее звено. Или совсем уж непонятные фигуры. Я только покачал головой.
– Это еще скромно, – заверил Инициатор. – И вам нелишне авторитета в бандподполье поднакопить для грядущих славных дел.
– А не увидят наши враги, что Указчик убирает врагов свободной Украины как-то слишком выборочно, в основном их агентов?
– Да это все слуги разных господ, – отмахнулся небрежно Петр Петрович.
– Поляки потеряют своего агента, решат, что это случайность. Попал под горячую руку мстителей в ряду других партработников. И невдомек им, что другие жертвы, в свою очередь, на немцев, австрияков или на подполье горбатились. Так что все нам сойдет с рук. Все. Лишь бы был толк.
– И что дальше? – со вздохом спросил я. – Так и буду до выхода в отставку их выщелкивать?
Петр Петрович на миг погрузился в свои думы, потом произнес:
– Рано или поздно большой государственный террор будет, по сравнению с которым наши ликвидации что булавочные уколы против двуручной пилы.
Иначе нам не выжить и не сохранить страну. И это будет страшно, поверьте мне, Саша.
Меня от его тона аж мороз пробрал. Какая-то тягостная атмосфера повисла в комнате. Но начальник быстро перевел тему:
– По поводу той польской явки в Харькове, которую вам сдал «коренизатор».
– Что-то новое? – заинтересовался я.
– Продолжаем собирать с нее богатый улов. Выявили еще одного агента. Ответработник штаба военного округа.
– Вот это изрядное свинство! – Меня больше всего коробило предательство военных, сказывалась моя красноармейская юность, когда я считал, что нет никого надежней, чем человек с ружьем и в буденовке.
– Наоборот. Подарок судьбы, – оспорил Инициатор. – Есть у меня одна идея, как его использовать в игре. Вам понравится, если получится…
Глава 11
Кондратий Продан, ответственный работник штаба Украинского военного округа, как обычно, пребывал в благостном настроении.
