И еще один любопытный факт: после исчезновения Михальца Грибов занервничал, несколько дней никуда не высовывался: только работа и общежитие, где он имеет отдельную комнату. Сегодня утром до него, похоже, дошли слухи о нашем интересе к личности Михальца. Грибов опять занервничал, кинулся на вокзал, отстоял очередь в кассу. Брать его не стали, поскольку выяснилось, что он взял билет на завтра, на 19 часов вечера. Это пассажирский до Москвы, билет взят в купейный вагон.
— Бежит со службы? — удивился Максим. — А как же хладнокровие и выдержка или чем там еще могут похвастаться немецкие агенты?
— Мы ничего о нем не знаем, — пожал плечами Цветков.
— Его могли завербовать. Сдали нервы, трусом оказался.
— Грибова не брать, — приказал Максим. — Пусть за ним следят, но скрытно, уяснили? Шулевич начал — Шулевич и продолжит. Арест Грибова не поможет нам добраться до крупных фигур. А вот бегство может кого-нибудь и привлечь… Минимум посвященных, товарищ Цветков, это понятно? Грибова брать на вокзале, перед отправлением поезда, возможно, прямо в купе, при этом тщательно отслеживать тех, кто будет его вести, кроме нас… если кто-то вообще будет.
Все сведения по фигуранту — мне. Подробные распоряжения — позднее.
Это снова было сродни интуиции. Просто мистика и колдовство — он каждым волоском на коже чувствовал: тема интересная. И поручать такое дело неведомо кому? Ближе к ночи, терзаемый сомнениями, Максим созвонился с Платовым.
— От нашей разведки ничего, товарищ майор?
— Не надо постоянно об этом спрашивать, — отрезал контрразведчик, — будет день — будет пища.
Шелестов кратко поведал о последних достижениях.
— Прошу консультации, товарищ майор. Чувствую, ниточка стоящая. Надо ювелирно и красиво. Что наделают местные оперативники, не знаю. С одной стороны, есть приказ не вмешиваться в дела воинских структур. С другой стороны… боюсь, что местные напортачат. Умная голова — Шулевич, но он в годах. К тому же Грибов не имеет отношения к штабу 23-й дивизии, где предположительно засел «крот».
Прошу разрешения провести работу силами моей группы.
Платов недолго размышлял, взвешивал все «за» и «против».
— Хорошо, Максим Андреевич, но будьте осторожны. В случае неудачи зачищайте следы.
Глава седьмая
Несколько минут назад капитан Грибов вернулся в общежитие после работы. Его подбросили на служебной машине. Он распрощался с попутчиками, закурил, стал исподлобья озираться.
Буторин поставил фаэтон в проулке — Грибов его не заметил.
