— Самолет рассчитан на одного пилота и шестерых пассажиров! А все по вашей милости и сердобольности!
— Не верю, товарищ майор, — настаивал Максим. — Где шесть, там и семь. Лидия Александровна — женщина хрупкая, практически невесомая… Товарищ майор госбезопасности, я вас очень прошу! — взмолился он. — Неужели вы не можете понять?
— Там немцы на грузовике! — доложил, подбегая, мужчина в гимнастерке. — Улетать отсюда надо!
— Ладно, все на борт, — скомандовал Платов. — Женщина — тоже.
А с вами, Максим Андреевич, мы еще поговорим… когда-нибудь, — добавил он, пряча добродушную ухмылку. — Все на трап, дважды повторять не буду.
Пассажирский отсек позади пилота был узкий, тесный, с короткими рядами продольных лавок. Здесь было душно, неуютно, но кого это волновало? Лида прильнула к Максиму, тяжело дышала.
Все перепуталось у девушки в голове. Жизнь подбрасывала одну беду за другой, но она по-прежнему была жива. И странный человек, ворвавшийся в ее жизнь, тоже был жив.
И если суждено теперь умереть, то погибнут оба — в одном самолете…
Летательный аппарат выкатывался на взлетную полосу, покачивал крыльями, убыстрялся, подпрыгивал на колдобинах. Трещали выстрелы — солдаты из грузовика открыли огонь.
— Мамочка, мамочка… — лепетала Лида, с силой зажмуривая глаза.
Самолет оторвался от земли, резко набирая высоту. Выстрелы становились далекими, глухими. Самолет качнулся, его немного повело в сторону, но пилот справился с управлением.
Максим повертел головой. Облака неподалеку — откуда они взялись? Небо было ясное.
— Терентьев, все в порядке? — громко спросил Платов. Как ни странно, шум мотора не заглушал его голоса — кабина была неплохо герметизирована.
— В крыло попали! — отозвался летчик.
— Выдержим?
— Надеюсь. — Пилот нервно засмеялся.
Самолет развернулся в воздухе, дал крен на крыло. Открылась задымленная панорама в районе границы. Сжалось сердце. Люди молчали.
Никто не верил, что все кончилось. Нельзя в это верить. Только расслабишься, обрадуешься — и какой-нибудь истребитель из-под облаков…
Платов с интересом разглядывал Вайсмана, сидящего напротив. Тот съежился, опустил голову. Ему развязали руки — пусть прыгает из самолета, если хочет.
— Что происходит, товарищ майор госбезопасности? — спросил Максим.
— Да, мы получили радио, когда летели сюда, — кивнул Платов и слегка побледнел.
