Он бросился к ним, чувствуя, как колотится сердце.
— Господи, это вы… — Инга прижала руку к груди. Потрясения последних дней превратили ее в безжизненную мумию. О смерти мужа она уже знала и, казалось, потеряла всякий интерес к жизни.
— Максим Андреевич, миленький… — простонала Лида. На глаза наворачивались слезы, она шмыгала носом. А вот ему в этот час было решительно не до сантиментов. Он схватил их за руки.
— Бегите за мной, быстрее! Да пригнитесь, здесь мины рвутся!
В соседней Цитадели уже шел яростный бой.
Тарахтел пулемет «Максим», рвались гранаты.
Загнанный в ловушку гарнизон бросился в контратаку. Дикое «ура!» огласило старые стены, изувеченные снарядами.
Майор подталкивал спотыкающихся женщин. Они бежали, крича от страха, затыкали уши.
— Командир, ты спятил? — схватился за голову Сосновский. — У нас же не автобус, все не уедем!
— Уедем! — прорычал Максим, распахивая заднюю дверь. — Тут хоромы, смотрите, как просторно! Вайсмана на пол между сиденьями — невелика птица! Буторин, ты самый толстый, сядешь рядом со мной.
Остальные, уж как-нибудь потеснитесь…
Люди, ругаясь, грузились в машину. Ничего, авто усиленное, выдержит. Двери захлопывали уже на ходу. С протяжным воем падали мины, расшвыривая брусчатку. В дыму терялась видимость. Мины ложились все ближе к восточному выезду.
Максим гнал почти вслепую. Не поздно ли? Отставить панику, они прорвутся! Машину тряхнуло — наехали на тело. Контуры ворот смутно проступали в дыму.
— Куда? Нельзя! — метнулся наперерез красноармеец с винтовкой.
Мина рванула у него за спиной. Он дико закричал, стал извиваться.
Машину засыпало землей и щебенкой, треснуло стекло справа. Шелестов машинально взглянул в зеркало заднего вида. Все здесь, все целы, сидят, плотно прижавшись, и вроде как молятся.
Стонал Вайсман — неплохая оказалась подставка для ног. Вертелся Буторин, пытался опустить разбитое стекло, но его заклинило. Зачем? Свежим воздухом захотелось подышать? Машина с ревом пролетела глубокий арочный проем и вырвалась на простор…
Глава тринадцатая
Ландшафт за время их отсутствия кардинально изменился.
Строения у восточного выезда лежали в руинах, повсюду валялись трупы, разорванные мешки с песком.
Минометная батарея вела огонь из северного леса. Оттуда же наступали танки, намереваясь взять крепость в кольцо. Перебегали к дороге фигурки солдат в серой полевой форме. Подкрепление из города не смогло пробиться к крепости, застряло на открытой местности. Горели грузовики, перегородившие дорогу.
