И бунтовщики не роптали, а со зверским выражением лица рвались вперед, как будто в гостинице их ждали райские кущи.
Впрочем, наркотики и алкоголь с незапамятных времен были хорошо известны как стимуляторы храбрости. Единственное, чего не понимал Кольцов, так это логики штурма гостиницы. Зачем нужны были армейский гарнизон и полицейский участок – понятно, там находились арсеналы, «золотой приз» для плохо вооруженных бунтовщиков.
Отделение банка – также понятно, повстанец ничем не отличается от бандита, и хранилище банка ассоциируется с несметными богатствами.
Но вот пустая гостиница, перед которой уже лежат несколько десятков трупов, это вызывает определенное недоумение...
За два часа малочисленный гарнизон «Золотой пирамиды» отразил семь атак. После первых трех штурмующие стали вести себя более осторожно, пытаясь продвигаться короткими перебежками и небольшими группами, видимо, рассчитывая тихой сапой подобраться на бросок ручной гранаты. Это было мудрое решение, один-два взрыва в холле возле баррикады запросто могли вызвать дезорганизацию среди малочисленного гарнизона.
Тридцатисекундное замешательство могло стать фатальным, а численное превосходство повстанцев в прямом смысле стало бы убойным козырем.
Дук Губта добросовестно уставился в бинокль, пристально следя за «полем» боя, и время от времени связывался по рации с другими отрядами, защищающими важные объекты.
Первым из четырех пал филиал Национального банка, и тут же возросла активность инсургентов перед гостиницей.
"
"«Что-то не так», – как лампочка индикатора опасности в мозгу Кольцова вспыхнула тревожная мысль. Рефлексы профессионала часто опережают осознанные действия.
Набивая ленту длинными остроконечными патронами, Глеб обратился к лейтенанту:
– Дук, свяжись с капралом на крыше.
– Один момент, – с готовностью откликнулся Губта, щелкая тумблерами частот своей радиостанции. – Сэр, никто не отвечает.
– Твою мать! – по-русски выругался сыщик, срываясь с места и уже на ходу отдавая приказы: – Лейтенант, ты за старшего.
.. следи, чтобы бандиты не приблизились на бросок гранаты. Я на крышу.
Кольцов не чувствовал ни усталости, ни страха, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.
Оказавшись на крыше, Глеб вынырнул из люка почти рыбкой и, приземлившись на руки, кувырком ушел под прикрытие воздушного колодца гостиничного кондиционера. Тут же рядом ударила пуля, отрикошетив с противным звуком.
