– Надо выпить, – совершенно не к месту заявил Зубанов, но моментально исправил свою оплошность: – Однажды я спонсировал съемки фильма и знаю точно, что перед тем, как начать снимать, нужно процесс хорошенько обмыть. – И первый разразился заливистым смехом.
Против такого предложения возражений не было, и пьянка, как угасающий костер, в который подлили бензин, вспыхнула с новой силой.
Вскоре совершенно захмелевшие Серафим Кириллович и Роберт Малкин снова вернулись к решению мировых проблем, совершенно позабыв о других присутствующих.
– Глеб, проводи меня в номер, – затушив последнюю из пачки сигарету, капризно попросила Софи.
– С удовольствием, – поднимаясь из-за стола, ответил сыщик.
В межсезонье лифты в гостинице «Золотая пирамида» не работали, шесть шахт пялились на редких посетителей плотно сжатыми створками.
Глеб с Серафимом Зубановым занимали номер на втором этаже, что по общепринятому цензу означало самый дешевый, американец с подругой поселился на последнем, «золотом» этаже, и в сезон им ни за что не удалось бы перекинуться даже парой слов.
Но судьба раскинула свой пасьянс, а потому русский телохранитель и искательница приключений, неспешно переговариваясь, поднимались по лестнице на пятый этаж, туда, где обычно жили «белые воротнички».
Номер действительно был царский. Когда Кольцов переступил порог, ему показалось, что он оказался в зале приемов какого-то европейского музея.
Софи, которая еще минуту назад была вялая и безразличная, неожиданно преобразилась.
Пропустив вперед своего провожатого, она сперва закрыла на замок входную дверь, потом выключила верхний свет и, наконец, прижав Кольцова к стене, глухо проговорила:
– Может, предадимся нахлынувшей на нас, как цунами, страсти?
Соблазнение девиц где-то в районе африканского экватора в планы частного детектива не входило, но судьба по-своему направляет человеческую долю.
– Боб – мой друг, и я...
– ощущая трепещущее горячее тело девушки, прохрипел Кольцов, тем не менее не в силах отпустить ее упругие возбужденные груди.
– Мы с ним тоже друзья, – со смехом ответила девушка."
"Опустившись на колени, она проворно расстегнула «молнию» на брюках Глеба. Ее руки оказались на его бедрах, еще мгновение, и Глеб ощутил раскаленный рот девушки внизу живота. Его дыхание на мгновение сперло от неожиданности, но все это длилось считанные секунды.
