– Видимо, в саванне засуха, – задумчиво произнес сыщик, наблюдая за поведением исполинского стада.
– Вы, Глеб Иванович, все знаете, как какой-нибудь африканский путешественник, – Зубанов незаметно перешел на «вы», видимо, таким образом высказывая свое уважение.
– Ага, – кивнул Глеб, – типа Миклухо-Маклай. – Потом добавил с тяжелым вздохом:
– Вот и наступило то время, когда приходится пользоваться сухпаем, эти пельмени ушастые зависнут здесь надолго.
Сыщик зрил в корень. День сменился закатом, сумерками, и наконец на сизый небосвод выплыла полная луна, залившая всю округу холодным серебристым светом.
Черные туши слонов сейчас походили на шевелящиеся холмы, которые то вздымались, то, наоборот, оседали, громко фыркали и обливались водой. В свете ночного светила брызги казались сверкающими каплями ртути.
Глеб, жуя пресную галету, завороженно наблюдал, как резвятся африканские гиганты. Неожиданно наметанный глаз детектива боковым зрением засек неясное движение.
Колыхнулись верхушки высокой травы, потом раздались неясные шорохи, затем из темноты мигнула пара красных огоньков, потом еще одна пара и еще...
Через минуту он уже наблюдал с десяток парных кроваво-красных светлячков. Внимательно приглядевшись, Кольцов смог разглядеть львиную семью, которая, как опытные солдаты, по-пластунски подползала к месту купания слонов.
«Да, видать, совсем голодно стало в саванне, – сообразил сыщик, наблюдая за хищниками, – раз решились напасть на этих громил».
Впрочем, желание хищников полакомиться слонятиной нисколько не волновало детектива, сейчас его настораживал лишь один нюанс. Если ветер, который дул от слонов, изменит направление, и львы учуют людей, то достать более легкую добычу с баобаба для них будет пустяковым делом.
Но ветер дул в прежнем направлении, и львы продолжали подбираться к реке. Неожиданно вожак слоновой стаи протяжно затрубил. Как по команде африканские великаны, громко топая, двинулись к противоположному берегу неглубокой реки.
Гиганты вытянулись в цепочку, впереди матерые самцы с длинными загнутыми, как клинки сабель, бивнями, за ними пристроилась еще не успевшая заматереть молодежь. Последними шли многотонные матроны, подгоняя шлепками хоботов своих несмышленых чад.
Последним, приволакивая заднюю ногу, переваливаясь, тащился слоненок. С каждым шагом он все больше и больше отдалялся от своих сородичей.
