Ухмыляется криво:
— Прикрой! — орет мне в ухо, а потом кастует заклинание земли. Сперва ничего не понятно, но потом пол под нами начинает вибрировать, каждая каменная плитка вырывается из фиксирующего ее раствора и начинает сталкиваться с остальными. Трюггви орет что-то, пытается накрыть нас ледяным шквалом. Мелкие колкие песчинки пробивают щиты, хотя я ставлю их в несколько слоев, пытаясь не мешать концентрации Вигбьорнсона.
Наконец, пол вздыбливается разбитыми плитками, вьюга теряет свою силу, капитан выдыхает устало:
— Мы победили?
— Он сбежал? — пытаюсь разглядеть что-то в тумане и пыльных облаках.
Температура в холле теперь явно ниже, чем на улице — от выдохов изо рта появляется облачко пара.
Капитан, пошатываясь, поднимается на ноги, ругается нецензурно и выдает:
— Сбежал, гад!
Теперь и я могу увидеть, что Трюггви нет за стойкой. Прежде чем успеваю запаниковать, соображаю, что у меня есть поисковый амулет, так что ему не скрыться. Вигбьорнсон, нетвердо ступая, подходит к стойке — единственному месту, более-менее сохранившему свою целостность.
— Осторожнее, — бросаю ему в след, вспоминая манеру этого убийцы оставлять «подарочки» для полиции."
"Капитан небрежно отмахивается, делает шаг вперед… стойка взрывается с огромной силой, пламенем охватывая Вигбьорнсона. Ударная волна отбрасывает меня назад, и я врезаюсь в стену. Тело каменеет от боли, я почти ее не чувствую, но знаю, что это самое плохое, это значит повреждения столь велики, что почувствовав эту боль, невозможно остаться в сознании.
Потолок над стойкой горит, как и кресла и стоящие ближе стулья для посетителей. Огонь странный, будто все вокруг пропитано маслом: он бежит по штукатурке стен, как по дереву, пожирает разбитые плиты пола. Звуков я не слышу, но понимаю, что они должны быть: в здании множество людей. Хорошо, что есть еще и задний выход, но вряд ли пламя удастся остановить. Тело Вигбьорнсона валяется у стойки регистрации неопрятной кучей.
Тянусь к карману, чтобы достать амулет связи и предупредить Рику… резкая боль — кто-то наступает на мою руку с зажатым в ней амулетом.
Хрустит разбитый амулет, его осколки впиваются в ладонь.
Перед глазами появляется довольное лицо Трюггви… нет, Агхера. Где он прятался в этом тумане? Дымовая завеса, конечно, вьюга нужна была лишь для отвлечения внимания, любимый его прием.
— Не так уж и неудачно, — бормочет он себе под нос, — все равно мне эта маскировка больше не нужна.
Он что-то чертит на моем лбу, и сознание захватывает темнота.
