То есть весь этот план был продуман так давно?! Уже тогда убийца все просчитал, подобрал книжицу, выбрал стих, с помощью которого можно было заманить жертву… неужели это возможно?!
* 10/12 — это 8 вечера (20:00).
Глава 54. Драдрерика
Я очень винила себя в том, что не смогла помочь Эрику поймать убийцу. Все же из нас двоих именно я отвечала за понимание рунной магии, но не справилась. Я совершенно не могла предположить, что в этом мире окажется рунолог такого уровня.
Обычно рунологи — относительно слабые маги.
Хотя так будет говорить неправильно. Их контроль над энергией выше, они способны выдавать более тонкий поток более длительное время, что не в силах делать боевики. И, конечно, они куда эффективнее управляют своим небольшим резервом, знают бесконечно-много сочетаний рун и незаменимы для создания многих амулетов.
Но у них есть и ограничения, этого не отменить. Однако, если маг одновременно и рунолог, и имеет большой резерв, это может позволить перейти на следующий уровень владения мастерством.
И он может реализовывать такие фортели, как тот, с которым мы столкнулись в переулке: скрывать свои магические манипуляции от других магов, а также уметь активировать руноскрипты дистанционно. Эрик говорил, что видел какую-то тень в конце переулка с телом, но я была уверена, что этот маг не выдал бы себя таким образом, скорее всего, он притаился подальше от места преступления — пока мы бежали на крик, у него было время.
Как он при этом контролировал наше положение, чтобы активировать вовремя ловушку? Я думала об этом, лежа в кровати с переполненным резервом. Меня в этот раз знобило и крутило от боли в мышцах. Не знаю, то ли это расплата за то, что я слишком долго оттягивала очередной цикл лечения, то ли еще что. Далия запрещала физические нагрузки и говорила беречь себя, пока резерв не восстановит нормальный объем, а я в последние дни то наполняла его во время медитаций, то тратила, не позволяя переполниться.
Я старалась, конечно, контролировать наполненность с помощью амулета и не превышать названных Далией показателей, но это не всегда получалось, я была недостаточно внимательна.
Слабость не позволяла читать книги, буквы прыгали перед глазами, будто играя в чехарду, да и читать уже было особенно нечего — я не озаботилась тем, чтобы раздобыть новой литературы, прежде чем перейти на постельный режим.
