— Куда?! — строго рыкнула девица, легко догнала его и поставила ногу ему прямо на спину, от чего дядюшка Регин распластался по полу. Выглядело это все так, будто охотница позирует на фоне убитого борова. Ее недоюбка задралась еще выше, демонстрируя мускулистое бедро. Лейв не выдержал и присвистнул, я с трудом перевел взгляд на ее лицо.
— Так, мисс, немедленно отойдите от этого человека, представьтесь и расскажите, что произошло.
Девица чуть склонила голову на бок, будто к чему-то прислушиваясь, потом обернулась и спросила:
— Он имеет право тут распоряжаться? Он хозяин?
— Это полицейский, — тихонько, словно суфлер, пояснила ей другая девушка.
Она вышла из-за шкафа, и стало видно, что вся левая половина лица у нее фиолетово-синяя, губа разбита, над бровью ссадина. — Ты знаешь, что такое полиция?
— Мой артефакт-переводчик не знает этого слова.
— Они служители закона, стражи правопорядка…
— А, стража! — обрадовалась девица и спокойно отступила от своей жертвы и поклонилась на мужской манер: руки по швам, спина идеально прямая, как и ноги.
— Прошу простить за недопонимание, господа. Рада вас видеть. Этот ужасный человек в вашем распоряжении.
Мы с Лейвом удивленно переглянулись.
— Спасите меня от этой безумной! — завизжал дядюшка Регин. — Она сумасшедшая! Она сама ко мне прицепилась. Она разгромила мое заведение и избила посетителей!
— Помолчите, — поморщился я.
— Вы должны защитить меня! Вы обязаны!.. Я буду жаловаться!
— Молчать! — я не выдержал и бросил на него стандартное заклятье немоты, как всегда, крайне полезное во время опроса свидетелей.
Он вылупился на меня своими заплывшими жиром глазами, но под мрачным взглядом сдулся, отполз в сторону и, кряхтя, пытался подняться на ноги, для чего в качестве опоры ему пришлось использовать стул. Никто из присутствующих не торопился ему помогать.
— Так… чем же этот человек так ужасен? — уточнил я, возвращаясь к разговору с рыжеволосой.
— Как же? — девица удивилась. — Разве вас не из-за этого вызвали? Он избил свою племянницу, равную ему по статусу госпожу, будто она последняя рабыня-чернавка! И за что? За то, что она отказалась обслуживать посетителей как какая-то гетера.
Ужасно, просто кошмарно. И как я могла предполагать, что такой человек может стать хорошим хозяином, — она сокрушенно покачала головой. Потом отошла и села за стол, на котором я только теперь заметил огромный топор с двумя устрашающего вида лезвиями. Более того, он явно фонил магией.
