Я ненавидела его, мечтала никогда в жизни не встречаться с ним, но вместе с тем страстно желала его. И не только из-за зова тела. Было в вампире что-то такое, что влекло меня к нему помимо желания повторить прошедшую ночь.
Я смотрела в его глаза и тонула в них. Весь он казался мне необыкновенным и загадочным. Я ловила себя на мысли, что пытаюсь понять его, посмотреть на мир его глазами.
«С какой это стати?» – напрашивался вопрос.
– Это невыносимо, – обернувшись ко мне, сказал Лео.
И в это мгновение я успела рассмотреть эмоции на обычно бесстрастном лице.
«Мука» – единственное слово, способное объяснить увиденное.
В следующее мгновение Лео отвернулся и пошел прочь. Даже не пошел, а выскочил, словно за ним гнались все черти его личного ада.
– Лео, – его имя помимо моей воли слетело с губ.
Но он не вернулся. Я осталась одна в разгромленной кухне. Сил не было даже на то, чтобы попытаться убрать следы локального разрушения, устроенного Тимуром и Лео.
Я решила, что для сегодняшнего утра произошло слишком много событий.
«Нужно заклеить ранку, пока еще кому-нибудь не захотелось испробовать моей кровушки», – сообразила я.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я залюбовалась картинами, развешанными в гостиной, и предметами мебели, наполнявшими помещение. Нельзя было не отметить, что мне здесь нравилось.
«Вот если бы это был мой дом…» – мечтательно подумала я.
Стоп. Что за глупые мысли? Я ругала себя всеми известными словами. Не хватало заразиться от Кати розовыми соплями.
Достаточно уже и того, что я млела от прикосновений вампира к моему телу.
Все еще злая на саму себя, я вошла в нашу с Лео спальню. Едва я переступила порог, как на меня снова накатили воспоминания. Ночью при свете светильников я могла любоваться мощным, хорошо сложенным телом вампира. Я желала его и имела возможность получить желаемое. О, как самозабвенно я воплощала свои самые смелые фантазии.
Мне привиделось возвышающееся надо мной тело Лео. Он с трудом сдерживал свою силу и свои инстинкты.
Я помнила, что у него не было контакта со смертными. Это ему не мертвечину в лице Инги тискать. И его движения были сдержанными, но требовательными…
«Лизка!!!» – завопил мой мозг.
Но как можно было не думать о том, что случилось, когда следы безумной страсти были прямо перед глазами. Вот она, смятая простыня со следами секса. И от этого нужно срочно избавиться, пока я не сошла с ума.
Кусок шелка был беспощадно сорван с постели и отправлен в угол.
