Потом заставили надышаться какой-то дрянью, а теперь заперли, как лабораторную мышь, в обитой свинцом комнате. Да я готова была их всех покромсать на кусочки и скормить бешеным собакам.
– Я обязательно ей передам, – с иронией в голосе ответил мне таинственный незнакомец."
"– Уж потрудитесь. И что вообще происходит?
Я пришла в себя окончательно. Пока мой собеседник подбирал слова для ответа, я уже продумывала планы нападения, защиты, побега. Обладая всеми теми силами, которые открылись мне, я могла вполне успешно их осуществить.
Практически предвкушая это, я в следующую минуту попрощалась с такой привлекательной идеей.
– Прежде чем вы, Елизавета, предпримете безрассудные и необдуманные поступки, кое-кто передаст вам привет.
Я вся подобралась. Нехорошее предчувствие царапнуло меня изнутри.
– Лиза, – разрезал тишину дрожащий голос Кати.
– Катька, – сорвалось у меня с губ.
Этого я никак не ожидала. Я пребывала в полной уверенности, что подруга в безопасности. Я и предположить не могла, что она окажется в руках моего неизвестного врага.
Это обезоружило меня. Все усложнилось в разы.
– Лиза, – снова напуганный голос Кати. – Я не знаю, чего они хотят, но, пожалуйста, помоги мне.
Мое сердце рвануло куда-то вверх, а затем оборвалось и ухнуло вниз.
– Тварь! – закричала я, практически раздавив в руках несчастный аппарат. – Не тронь ее. Я убью тебя, мразь, если с Катей что-нибудь случится.
Я не могла представить изнеженную подругу в руках кровопийц. Какие у них были планы относительно ее, мне было неизвестно.
Одно я знала наверняка: они использовали Катю, чтобы надавить на меня. И у них это прекрасно получилось.
– Я могу надеяться на ваше благоразумие, Елизавета? – Голос незнакомца был преисполнен самоуверенности и самодовольства.
– Что вам нужно? – сдалась я.
– Вижу, мы поняли друг друга. Не делайте глупостей, и мы договоримся. Я жду нашей встречи, а пока не забывайте: в случае чего вашей подруге придется несладко.
У меня не оставалось выхода. Я не могла пожертвовать жизнью Катьки.
Устройство замолчало. За время своего вынужденного одиночества я успела раз сто разозлиться, пообещала все возможные пытки Инге и ее сообщникам, прокляла тот день, когда я вообще встретилась с вампирами, поругалась на Катьку и, совсем обессиленная, опустилась на пол своей камеры.
«Так просто я это не оставлю», – в конце пообещала я.
Наконец дверь со скрипом открылась, и на пороге нарисовалась внушительная фигура незнакомого мне мужчины.
