Я обязана дождаться… И я уверена, что он не только вспоминает о нас, а знает обо всем. Он знает, что я его жду. Снова вспомнила о письме и тут же заставила себя не думать, потому что сердце заколотилось с такой скоростью, что мне стало трудно дышать.
Осмотрелась по сторонам, стараясь успокоиться. Мелькающие лица прохожих, городская суета. Жизнь продолжается. Вот она неумолимо проносится рядом шелестом деревьев, лучами весеннего солнца.
Только все мимо меня. Я вне времени и пространства. Я не живу, а как хорошо отлаженный механизм правильно функционирую.
И у меня в сумочке тикает ядерная бомба моего собственного апокалипсиса, когда все внутри может взорваться. Трезвая адекватность тонкой гранью чуть смятого конверта от болезненно-разрушительного безумия. И я намеренно не позволяю себе ее переступить.
Спускаюсь в метро, и мне кажется, я где-то вне измерения, и вижу себя со стороны – женщина в легком пиджаке, светлом шарфике, с сумочкой в руках. Ничем не отличаюсь от любой другой в утренней толпе.
Привычным жестом поправляю волосы, перекидывая ремешок сумки на плечо, поглядываю на циферблат электронных часов на стене, вспоминая расписание.
Людской муравейник в утренней дремоте ползет по эскалатору вниз. Шелестят газеты, пахнет черным кофе и сигаретами. Наверное, иногда стоит оказаться среди людей, чтобы понять, насколько зависла сама в ежедневной неопределённое™. Если бы не дети, я бы погрузилась в свое отчаяние с головой, а они, как спасательный круг, держат на поверхности, не давая захлебнуться.
Внутри клокочет ожидание и волнение. От него то холодно, то жарко внутри, и моментами меня тянет сунуть руку в сумочку и жадно прочесть. Пусть все взорвется к чертям, пусть я потом буду осыпаться пеплом на землю и превращаться в прах, но прочесть. Впитать каждое его слово. Увидеть просто «здравствуй» и сойти с ума от счастья. И не могу. Мне страшно. Так страшно, что дух захватывает.
Вдалеке послышался шум приближающегося поезда, народ оживился, и кто-то толкнул меня сзади, а я смотрю на часы, и снова туман перед глазами.
Я бы соврала, если бы сказала, что в этот момент не вспомнила нашу первую встречу. Тоже в метро.
Его наглую ухмылку и растрепанные волосы, цепочку с клыком и запах кожаной куртки вперемешку с дорогим парфюмом. Капелька крови на белой материи. Взгляд с сумасшедшим блеском и шум адреналина в венах от близости к молодому и горячему телу.
