Помощник нашего звукаря не может быть моим преследователем. Это же… просто Никита. Хороший парень из универа, улыбчивый и славный.
Просто не верю, что это он. Но всё же не могу отделаться от неприятной зудящей мысли, что а вдруг человек, который преследует меня и пугает до чёртиков - мой знакомый. Милый парень с параллельного курса.
Нет-нет, точно не он. Там в проулке мне показалось, что сталкер высокий, а Никита едва выше меня на три-четыре сантиметра. И Вельнёв более худощавый.
Вряд ли.
И снова я чувствую вспышку злости.
Почему так происходит, что кто-то другой решает, чего я хочу и что должна делать. Отец, Артур, этот псих со своими розами и открытками.
Обидно до горечи во рту. И я действительно очень зла, мне нужно немедленно реализовать это горячее чувство в деятельность. Я всегда так делаю.
Бегом поднимаюсь к себе и запираю дверь, захожу в соцсеть на аккаунт Нади Листьевой. Открываю переписку со сталкером и быстро пишу, даже не глянув, в сети он или нет.
“Зачем ты это сделал?”
Не спрашиваю, он это или нет.
Я и так знаю.
Зависаю, слишком поздно осознав, что, всё же, наверное, не стоило писать ему. Вижу, что горит значок “в сети” рядом с его аватаркой. И сообщение моё оказывается прочитано в секунды.
“Ты о нём волнуешься?”
Подумать только, даже не отрицает. Не знаю почему, но меня это возмущает ещё больше. А ещё приходит окончательное и чёткое понимание: он опасен. До этого меня пугали все эти игры в тайного поклонника, но это были цветы и стихи.
Жуткие, но всё же просто стихи. Но он избил человека, сильно, если судить по словам отца и тому, что Артур в больнице. Да, мой менеджер хам и придурок, позволил себе сегодня омерзительную вольность, но то, что мой преследователь способен причинить кому-то серьёзный вред, делает мою ситуацию ещё опаснее.
“Не тебе быть судьёй. Не лезь в мою жизнь”
“Уже поздно, Канарейка. Я слишком увяз в тебе. А ты во мне”
Бред. Мне плевать на него, будет куда лучше, если он перестанет донимать меня и просто исчезнет.
Блокирую телефон и прикрываю глаза. Во рту сушит - это всё эмоции.
Падаю на кровать прямо лицом в подушку. Сегодня мне не выступать - плевать, что буду помята. Со всех сил в бессильной ярости сжимаю телефон, а он, стоит немного отпустить, вздрагивает.
Не буду читать его ответ. Не стану.
Пошёл ты, псих.
Но смартфон сам считывает лицо, и блокировка слетает, являя мне новое сообщение на странице мессенджера.
