Так что несмотря на внезапность атаки, некоторые бойцы успели сделать по несколько выстрелов, и даже кинуть гранаты. Кто-то схватился в рукопашную, отмахиваясь топором, кто-то подорвался на своей гранате, но остальные убежали. Отошёл и правый фланг первой роты, потянув за собой левый. И только вторая рота отошла по приказу, по рубежам прикрывая друг друга. Немцы это заметили и продвинулись вперёд, что сделали зря, опять получив по зубам и отняв хлеб у своих миномётчиков. Правда ротные миномёты и так не стреляли, им нужно было менять позицию, а вот батальонные лишились целей.
Достигнув опушки, фрицы подзадержались. Сначала добивали раненых и подрывались на растяжках, не понимая, — кто кидает гранаты? Целое отделение ломанулось по дороге и нарвалось на куст противопехоток. Причем мины сработали как спереди, так и сзади, а сверху ещё упали деревья, придавив и так глубоко несчастных подорванцев. Вперёд продвинулся только взвод на нашем правом фланге, но обозлённые потерями сапёры, неожиданно контратаковали, и уничтожили подразделение почти полностью, штыками и топорами.
Чудом оставшиеся в живых самые быстроногие олени, потом наверное долго заикались. Подловил я и немецких миномётчиков, устроив им кровавую баню на дороге, правда для этого пришлось залезать на дерево, а потом падать вниз, но овчинка того стоила."
"Поняв, что по ним никто не стреляет, канониры собрали свои пукалки, и в наглую пошли по дороге. Позади ехала коняга с санями, которая везла боеприпасы. Дойдя до опушки, гансы в конец оборзели и, установив «пятаки» прямо на дороге, начали разгружать транспорт.
Тут я уже не стерпел и отдал команду, открыть огонь. Все мины, которые у нас были на запасной позиции, мы израсходовали по цели, потом правда пришлось бросить всё и уносить ноги, потому что по нам стреляла целая батарея. Ближайшие к нашей позиции бойцы, тоже не стали искушать судьбу и разбежались в разные стороны. Если бы фрицы сейчас пошли в наступление, то они бы прорвались, но больных на голову среди них тоже не нашлось, поэтому все старания немецких канониров пропали втуне.
Миномёт уцелел. Мы его правда свалили в сугроб, перед тем как убежать, всё-таки ствол раскалился, да и далеко с таким грузом не убежишь. Всё лишнее тоже пришлось бросить, так что на ужин мы остались без картошки. Прямое попадание в мешок, не оставило никаких шансов на сытный ужин, хотя до него нужно было ещё дожить. Больше всего после нашей диверсии, мне было жалко лошадь, бедное животное пострадало безвинно.
