Вот в самый разгар «битвы за деревню Гадюкино», мы и нарисовались. После неудачной дневной атаки, майору Дедову поручили организовать ночную. Вот в «ночной дозор» и собирали «с бору по сосенке» всех, кого можно было припахать в сборный «штурмовой» отряд.
Формировать «батальон четверых» взялся «нашедшийся» командир полка, так что вся наша нештатная батарея загремела «под фанфары» в штурмовики, не повезло также и лейтенанту Захарову, чья рота и послужила основой для данного отряда. Остальной личный состав добрали из разбежавшихся подразделений, а также тыловиков.
Так что «сотню юных бойцов» насобирали. Сформировав «ударный батальон» и распорядившись насчёт боеприпасов, майор, свалив всю основную работу на капитана Лобачёва, и отдав ему боевой приказ, ретировался на свой командный пункт. Ну а расхлёбывать всё это гуано, предстояло уже нам.
Ночью опять пришлось дежурить, поэтому с утра удалось покемарить часа три, так что чувствовал я себя вполне сносно, и на предложение комбата возглавить третий взвод, чуть не отреагировал известной фразой.
— А набуя мне такое счастье? — но вовремя сдержался и стал командиром взвода. А дальше пошло по накатанной. Из остатков роты лейтенанта Захарова сформировали два неполных взвода, а вот третий, слепили из того, что было, включая и мою чёртову дюжину. И если с вооружением у моих артиллеристов всё было в порядке, то у остальных «инвалидов моей сборной» была одна винтовка на двоих.
Выпросив час на формирование подразделения, я остался знакомиться с личным составом, а мои непосредственные руководители, представив меня красноармейцам, пошли налаживать взаимодействие с обороняющимися здесь командирами."
"Построив красноармейцев, я задвинул им речь про нашу героическую батарею, а потом разделил на две группы. Отдельно вооружённых и безоружных. К первым вопросов не было, тем более среди них присутствовала парочка с трофейными автоматами. А вот с оставшимися десятью, нужно было поговорить.
В результате собеседования, состоящего из пары-тройки вопросов, ещё пятерым выдали трофейные карабины, двоих назначил помощниками к пулемётчикам, а троих гранатомётчиками, раздав им гранаты и бутылки с горючей смесью. Оставив младшего сержанта Задорина «дрессировать» пополнение, вдвоём с Мишкой бежим на передний край. Нужно было засветло осмотреться, а время уже приближалось к четырём часам дня.
