Но Лерниц ошибся в расчетах, отлитая пушка не оправдывала надежд Дитриха, хотя в ее ствол свободно помешался взрослый мужчина. Он нарек пушку Малой Бертой, озадачив подчиненных отливом второй, ещё бóльшей пушки. С огромным трудом Лерницу и Огюсту удалось уговорить его на меньшие размеры. Тем не менее получился монстр. Экспериментальный выстрел Большой Берты потребовал ста килограммов пороха, ужаснув Лерница своей прожорливостью.
Результат превзошел все ожидания: выбранный в качестве мишени каменный склад был просто разрушен вдребезги.
Высота лафета достигала двух метров, ствол — пятиметровый, а внутри него получилось бы свернуться калачиком. Задержка армии Дитриха была связано с двумя Бертами: напрягая последние силы, кузнецы собрали всё, что могло пойти в переплавку, чтобы соорудить железные колеса. Но после их установки проявилась другая проблема: тяжеленые монстры при движении уходили в почву на двадцать сантиметров. По шестнадцать волов тащили пушки, едва проходя два километра за час.
Чтобы доставить обе Берты к цели назначения, приходилось подыскивать оптимальный маршрут, прорубать просеки среди кустов и лесной чащи. Отправив обе пушки с отрядом в пятьдесят человек обслуги на неделю раньше, Дитрих обогнал их и уже три дня находился на расстоянии полутора суток от вражеской крепости, ожидая гонца от Ганса. Полнолуние прошло двое суток назад, но гонца от Ганса до сих пор не было, что вызывало гнев и нетерпение молодого короля.
По его расчетам, через пару дней Берты достигнут его стоянки. Ганс, вероятно, безуспешно осаждает крепость, ничем другим отсутствие гонца не могло быть обусловлено. «Всё приходится делать самому», — промелькнуло в голове Дитриха, не сильно расстроенного таким поворотом. Ему не терпелось увидеть, как от одного выстрела его Большой Берты от крепостной стены останутся одни воспоминания.
Оставшиеся в живых защитники крепости побегут вглубь своих земель, неся известия об ужасающем оружии Дойчей.
Его внимание привлек шум снаружи походного шатра: отдернулся полог, внутрь нырнул Карл — начальник королевской охраны.
— Мой король, пришли несколько человек из отряда Ганса.
— Пусть зайдут, — на улице уже стемнело, а в шатре горели три факела, давая хорошее освещение.
Гонцов оказалось шестеро, один из воинов держал в руках сумку, сделанную из шкуры оленя. Войдя внутрь, все шестеро упали на колени, склонив головы.
