Давай, спроси его об этом, напирай на то, что нам известно о заговорщиках среди нас. Пусть поверит и выдаст их, если они имеются.
Девушка возобновила допрос после предварительной оплеухи Богдана. Голова пленного мотнулась так, что я испугался за целостность его шейных позвонков.
Периодически переводя сказанное Бертом, Ната продолжала терзать Берта. Но ничего ценного из пленника выудить не удалось. Всё время допроса у меня из головы не выходила мысль о градоначальнике Акраме: не вязалось его поведение в типичное для нормального человека.
Он либо подторговывал, скрывая реальную ситуацию, либо был связан с дикарями как-то иначе.
«Жена! Его вторая жена — дикарка!» — от засвербевшей мысли в голове чуть не подскочил.
— Ната, спроси его про жену Акрама. Кто она, как появилась в крепости, из какого племени.
Это был выстрел в десятку: при упоминании жены Акрама Берт побледнел, сбился и что-то залепетал на дикарском языке.
— Ната, отдыхай, кажется, мы нашли главную жилу этой шахты, — смилостивился над уставшей девушкой.
— Пошли человека за Гураном, пусть придет со своими верными людьми, — выпроводил на улицу Богдана, кожей чувствуя, что близок к разгадке.
Гуран не заставил себя долго ждать, явившись со своими всадниками: цокот множества копыт по мостовой возвестил о приближении всадников брата Терса. Отведя в сторону Гурана, поделился своими подозрениями. Слушая меня, брат Терса несколько раз менялся в лице. Едва я закончил, смущаясь переспросил:
— Макс Са, возможно, ты ошибся? Акрам хорошо служил Берлину, как и его отец до него.
— Возможно, и ошибся, но мы можем это проверить и выяснить прямо сейчас. Нужно, чтобы сюда привели Акрама и его жену-дикарку. В нашей ситуации лучше перестраховаться, Гуран. Пошли своих верных людей, чтобы привели мужа и жену, у меня есть одна задумка.
Гуран дал указание своим людям, всадники моментально бросились исполнять поручение. Акрама и его жену доставили быстро. Практически не отставая от всадников, за ними спешили четверо воинов из крепости. На их лицах — мрачная решимость заступиться за своего военачальника.
— Макс Са, почему меня везут как дикаря, — обиженно завопил градоначальник, представ передо мной.
— Акрам, дело спешное, просто воины перестарались. Мне надо поговорить с твоей женой. Подожди здесь с Гураном, мы недолго."
"Взволнованная дикарка, по местным стандартам писаная красавица, проследовала за мной в комнату, пугливо озираясь. Увидев пленного, женщина не смогла сдержать крик, кинувшись на пленного.
