После смерти Патриарха, — а она не за горами, — он быстро расправится с Синодом, отомстив за деда.
Вчерашнее нападение на порт Макселя, в результате которого сожжено два корабля и убито больше двенадцати воинов, потрясло его до глубины души. Тихон не мог себе представить смелости человека, явившегося в самую пасть к врагу и улизнувшего после нанесения таких потерь. Он был в курсе предыстории появления их рода на этой земле, но в общих чертах. До реального появления Макса Са считал рассказы о нем легендой, не имевшей под собой основания.
Но ситуация изменилась с появлением загадочного Макса Са, ради которого люди шли на смерть, не отрекаясь от своих убеждений даже на костре. Тихон был противником сожжения людей, предпочитая тихую, скрытую казнь, но идти против Патриарха не смел.
Карета свернула в сторону и покатила по мощеной мостовой, ведущей в резиденцию Патриарха. Двое охранников внутри и шестеро всадников снаружи обеспечивали необходимую защиту венценосной особы. Тихона, погрузившегося в размышления, обеспокоили крики, доносившиеся сквозь открытые окна кареты:
— Сатанисты, пробил ваш час! Макс Са вас всех отправит в ад! — карета проезжала мимо блошиного рынка, где обычно торговали мелкие ремесленники и побирались попрошайки.
Сидор, начальник его охраны, потянулся к ружью, лежавшему на коленях.
— Не надо, оставь, — император пресек его попытку наказать кричавших, — голь всегда чем-то недовольна. Мы не можем убивать всякого, кто открыл рот. Господь не простит такого отношения к своей пастве.
— Паства, — скривился Сидор, оставляя ружье в покое, — да они язычники в основном, верят в этого несуществующего Мессию.
— Этот несуществующий Мессия, как ты сказал, вчера сжег два наших корабля в порту, — невесело улыбнулся Тихон.
Карета остановилась, один из всадников, успевший спешиться, открыл дверцу:
— Приехали!
— Пошли, Сидор, мне предстоит трудный разговор у упрямцем, возомнившем, что держит Бога за бороду. — Тихон легко спрыгнул с подножки кареты, направляясь ко входу во дворец. Навстречу ему спешил брат Иканий — доверенное лицо двоюродного дедушки.
— Ваша императорская Светлость, чем обязаны вашему визиту?
— Патриарх здоров? — вместо ответа поинтересовался Тихон, не останавливаясь перед слащавым священником.
— Слава Богу Иисусу и Сыну Его Максу Са! — по привычке ответил Иканий, стараясь приноровиться к размашистому шагу императора.
— Макс Са? Может, между собой не будем эти бредни упоминать, — хмыкнул Тихон, входя в распахнутые перед ним двери.
