Принялся объяснять: такие сведения ему нужны, чтобы сделать его пребывание в стране удобным, комфортным. Передал список заправок, на которых его заправят за полцены, и перечень телефонов на всякий экстренный случай, довольно нудно перечислил какие дополнительные прибамбасы к выбранной машине положены обладателю сей карты. Тут принесли счёт, карту. Хозяин встал и торжественно объяснил: прокат уважаемому клиенту обойдется на шестьдесят процентов дешевле…
В заключение своего радушия добавил: их фирма всегда будет рада обслужить такого клиента, на том и распрощались.
Машина уже стояла у раздвижных ворот, садись и поезжай. С возвращенными документами ныне новоиспечённый Николай Васильевич уселся и поехал. Память его не подводила, но ехал он, соблюдая все положенные правила. Проехав несколько кварталов и выбрав стоянку, оставил машину, пошёл искать таксофон. К счастью, он находился невдалеке. Набрал номер, данный ему бывшим коллегой. Немного подождав, услышал на голландском, но так как этим языком не владел, ничего не понял, произнёс на немецком условленную фразу, стал ждать оговоренный ответ.
Но не услышал. Собеседник тоже понемецки чего-то начал объяснять, но, как говорится, не по теме. Опустив трубку, отошел в сторону, перешёл на другую сторону улицы и занял столик в кафе возле окна, из которого прекрасно был виден тот злополучный телефон. Заказав кофе, попил его, посматривая в сторону таксофона. Посидев там с час, вышел и на машине, покружив по улицам, вновь припарковался невдалеке от другого аппарата.
Опять набрал этот же номер, услышал на немецком, но с явным акцентом обычное начало телефонного разговора. Дав тому высказать несколько фраз, прервал и вновь произнёс условленную фразу. На этот раз услышал требуемое. Помедлив, собеседник спросил:
– Вы ориентируетесь в городе?
– Да, ориентируюсь.
– Найдете следующую улицу, а на ней заведение «Таверна Батавских моряков»?
– Найду.
– Сколько времени Вам понадобится, чтобы там оказаться?
– Час.
– Хорошо, в баре этой таверны Вы найдете меня.
"
"Связь прервалась. Несколько обескураженный этим Николай Васильевич вернулся к машине и поехал. Через сорок минут он, уже тщательно осмотрев обстановку, входил в таверну. Пройдя большой зал, вошёл в бар, сделав заказ, уселся перед кружкой эля, развернул по примеру некоторых посетителей газету, принялся её просматривать, при этом весьма внимательно сканируя то, что происходит в этом баре. А там, в принципе, не было ничего подозрительного, всё там было обычно.
