– Пошли, – кивнул полковник Петрушину и, обернувшись к калитке, напомнил: – Василий – через минуту после того, как мальчишка зайдёт...
– Эти знают? – Махмуд с нескрываемой неприязнью посмотрел на вошедших без спроса Иванова с Петрушиным.
– Да, мы вместе, – кивнул Серёга. – Думаешь, я бы всё это сумел один сделать?
– Ты будешь при них говорить? – засомневался Махмуд.
– А это без разницы, – Серёга презрительно оттопырил нижнюю губу. – Всё равно ни слова не понимают.
– Прахады, садыс, – Махмуд достал из стопки две подушки, небрежно кинул их к порогу.
Петрушин с Ивановым взяли подушки и присели на колени по обе стороны от двери. Взгляд Махмуда немного смягчился. Хоть и впёрлись непрошеные, но знают своё место, не лезут к начальству, в почётный угол...
Через минуту вбежал запыхавшийся Имран. В руках у него была средних размеров жестяная коробка, обёрнутая целлофаном. Махмуд взял коробку и мотнул бородой в сторону двери. Имран кивнул и направился было к выходу...
– Пусть останется, – вмешался Серёга.
– Казбек хотел с ним поговорить.
Имран остановился, с надеждой посмотрел на дядю.
– Много чести будет, – пробурчал Махмуд, разворачивая коробку.
Имран горестно вздохнул, опустил голову и медленно поплёлся к двери.
– Ладно, оставайся. – Махмуд ухмыльнулся и тепло посмотрел на младшего племянника. – Хитрый, волчонок! Когда что-то надо, такой несчастный вид делает – даже дэв пожалеет.
Имран быстро вернулся и сел рядом с дядей, улыбаясь во весь рот.
Дяди и племянники у чеченцев – это особая категория взаимоотношений. Родным детям можно в чём-то отказать и проявлять в отношении к ним требовательность и даже суровость. А детей своих братьев и сестёр почему-то принято баловать и во всём им потакать...
Серёга тихонько принюхался – коробка отчётливо пахла прелой землёй. В грядке, что ли, хранят?
Махмуд достал толстую трубку с пальчиковой антенной – точь-в-точь как у Иванова – и набрал номер.
– Казбек? Салам алейкум, родной мой.
Тут с тобой говорить хотят... А? Сейчас...
Махмуд повернулся к Серёге:
– Тебя как зовут?
Ну вот, самое время познакомиться!
В этот момент в дверях возник Вася Спирин. С двумя канистрами, обутый. И, неестественно улыбаясь (сорок кило прёт, половину своего веса), вошёл в зал.
– Сабсэм балной? – возмутился Махмуд. – Куда обув зашол? Зачем тащиш суда, э?
Серёга, воспользовавшись моментом, перехватил трубку.
– Салам, Казбек. Дело есть...
