– Издеваешься?! Какое там спать! Сваливать надо! Что мы делаем?! Зачем мы сюда влезли?! Чужой дом… а мы – прислуга! Семейная пара! Тьфу! Я никогда себя так паршиво не чувствовала! Прислуга – это ужасно. Бедные люди! Пойти на такое можно только от безысходности и большой нужды!
– Это точно, – поддержал ее Гриша, – ну ладно, пол мыть каждый день, а стены‑то зачем?
– Да ты опять не о том! При чем тут стены?! За нас ухватились как за парочку идиотов, которым деваться некуда: вот вам подвал, вот вам тряпки – и вперед! Не рассиживаться! Хорошо еще, картофельными очистками не накормили! Хотя вообще ничем не кормили! Не удивлюсь, если нас угостят объедками с барского стола! Дусей я буду?! Представляешь?! Сама она Дуся! Это нормально, если человека лишают имени?
Гриша рассмеялся в голос:
– Ага, я тоже чуть не рассмеялся, когда наш сухарь в юбке заявила, что прислуга не может носить имя Мирабелла, а вот Дуся – в самый раз! А еще я боялся, что Максим меня убьет.
– Почему?
– Ты не видела, какими глазами он посмотрел на нашу общую кровать?! Я думал, его паралич хватит, он даже побледнел! Ревнует он тебя! – слегка толкнул ее плечом Гриша, отчего Мирабелла чуть не упала с кровати.
– Тише ты! Точно – медведь!
– Извини.
– А сам‑то Максим что сейчас делает? Он с ней в гостиной, они пьют вино… А потом что? Она женщина прыткая, уверенная в себе, и ей не шестнадцать лет. Чего ей ждать? Она непременно вступит с ним в связь! – сказала Мирабелла – и сама испугалась.
– Прямо сейчас? – переспросил Гриша и неловко заерзал на кровати, отчего Беллу опять словно подбросило на волнах.
"
"– Не трави мне душу! Мне сейчас плохо станет. Зачем он только приехал сюда?
– Вы прямо как дети малые! Ревнуете друг друга, между вами даже стоять невозможно – такая сила притяжения! Током бьет! Мы же сами все так решили. Мы попробуем устроиться на фабрику, разузнать все, порасспрашивать… Максим хотел познакомиться с ней независимо от наших действий. А тут такое дело – нас забирают на ее частную территорию. Он должен был сориентироваться на месте.
Вот меня так женщины никогда вниманием не баловали, а он раз – посмотрел, два – сказал, и его сразу же пригласили к женщине домой!
– Я не могу тут сидеть, я должна знать, что там происходит. Происходит между ними что‑то или нет? – нервно сжимала и разжимала пальцы Мирабелла.
– Ты подсмотреть хочешь?! – не поверил своим ушам Григорий.
– Хотя бы послушать.
– Они же на хозяйской половине, туда нельзя, нам только что сказали, – задумался Григорий.
