Нарезала овощной салат из огурцов с помидорами черри и болгарским перцем. Достала оливки с анчоусами, которые просто обожала и приготовила все для бутербродов со шпротами.
Глеб скинул сообщение, что приедет к восьми. Потому решила позвонить мамочке, с которой два дня уже не разговаривала.
Родители звонили мне часто, особенно мамуля. Папа больше кидал сообщения, особенно, когда работал на вахте. Я всегда радовалась, что у мамули сохранились теплые отношения с двумя её одноклассницами. Их дружба была проверена временем, мужчинами и работой, выдержав всё и не сломавшись.
Тётя Маша и Альбина, запретившая называть себя как-то иначе, были очень дружны. Часто ходили друг к другу в гости и жили очень активно и весело. Потому я совершенно не переживала, что мамочка будет скучать, оставшись без меня и папы.
Проболтав не менее получаса, заверила ее, что у меня всё отлично, готовить не забываю и даже планирую в выходные куда-нибудь выбраться погулять, благо погода этого просто требует. Даже сделала фотографию противня в духовке, который поставила во время разговора.
"
"Звонок в дверь без пяти восемь снова заставил сердце нестись галопом и руки подрагивать в предвкушении и панике одновременно. Да, видеть Глеба я хотела очень сильно, но также сильно переживала, отвыкнув от этой романтики первых встреч. Да и не цепляли меня молодые люди до Глеба. Как отрубило после Ильи, так три года и проходили все мимо, словно фон, не цепляя сердце и душу.
Я как раз доделывала бутерброды со шпротами, раскладывая рыбки на огурчик.
Потому засунув пальцы в рот, по инерции их облизала и понеслась открывать дверь.
А-а-а!!!! Глеб пришел не с пустыми руками, а букетом цветов. Я так опешила в первый момент, что мой взгляд то и дело бегал от лица улыбавшегося мужчины до небольшого букета необычного бело-голубого цвета. Больше всего привлекала внимание яркая синяя лента, завязанная красивым бантом с длинными концами.
— Привет! Можно? — улыбнулся Глеб еще шире на мою реакцию. Именно его фирменный хмык привел меня в чувство.
— Привет! Проходи скорее, — тут же распахнула дверь еще шире, как и улыбку на лице.
— Держи, — вручили мне цветы, перешагнув через порог, и тут же поцеловали в краешек губ.
Вот ведь хитрый! И не в губы, чтобы не вгонять в краску окончательно, хотя я и так заалела, судя по ощущениям. Да и Глеб так посмотрел на мои щеки, что сразу стало понятно — заметил. Но и не в щеку, как подругу. Или знакомую.
Букет оказался изумительно нежным и изысканным. Ландыши с незабудками.
