— Соскучился, — моё недовольное лицо никого не испугало. Мне достался короткий сладкий поцелуй. — А ты еще поспать хотела?
И взгляд такой невинный-невинный. Только что-то я ему не сильно поверила.
— А мы куда-то торопимся? — уточнила, вдруг забыла о чем-то.
— Нееет… — и опять, зараза, заулыбался.
— Тогда я еще посплю? — прикрывая один глаз, уточнила на всякий случай.
— Спи, конечно, маленькая…
Открыла оба глаза и прищурилась… Хитрит он что-то… Ой, хитрит…
— Глееб… — даже сон подвинулся, уступая место интересу.
— Что милая?
— Всё в порядке?
— Всё отлично, Риш…
А у самого улыбка от уха до уха расползлась.
— В чём подвох? — даже привстала, чтобы заглянуть в глаза.
— Нет никакого подвоха…
— Почему я тебе не верю? — снова прищурилась, пытаясь понять где и что не так случилось."
"— А ты мне не веришь? — и столько удивления на лице, словно согласись я, он зарыдает с горя.
— Да ты издеваешься! — повалила Глеба на подушку, заползая на него сверху и делая вид, что тянусь к его шее.
Божечки, какой же он красивый, мощный и большой. А улыбка!
Блиин, я действительно влюбилась в него! Теперь уже, без сомнения.
Даже крохи паники пробежали, стоило подумать, что и он оставит меня в один НЕ прекрасный день 1 апреля.
— Маленькая, мне очень нравится, как мы лежим, но в этом доме делать тебя женщиной я не планирую…
Что? Посмотрела вниз. Поерзала, проверяя свою догадку. Да ладно! Уже? Хихикнула… Снова поерзала попой.
И получила лёгкий звонкий шлепок.
По ней… родимой.
Чёрт! Ощутила легкое возбуждение, даже удивленно на Миллера посмотрела. Соски тут же напряглись и стали упираться в грудь мужчины.
— Глееб… — выдохнула, не понимая, о чём в этот момент хочу попросить.
Снова потерлась промежностью о жесткий член и даже заскулила от того, как остро потянуло между ног. А соски заныли, стянувшись в жесткие камушки. По коже побежали мурашки и волоски встали дыбом.
— Больно, — выдохнула, опираясь на грудь мужчины ладошками и делая очередное движение на его бедрах.
Тянущая боль в паху буквально опоясывала и отключала мозг.
Глеб оставался сосредоточенным, внимательно отслеживая мои реакции. Ни ехидной улыбки, ни смешинки в глазах. Он тоже был сильно возбужден, но держался намного лучше, чем я.
— Наклонись ниже, — скомандовал мужчина.
Выполнила, коснувшись сосками к груди Миллера. Шарахнуло обоих. Попа приподнялась, ноги разъехались шире, обхватывая узкие крепкие бедра.
