Опять вернулась к головке, размазала выступившую смазку большим пальцем и сомкнула пальцы… Почти.
Непроизвольно облизала губы, но на подвиг с минетом не замахивалась. Я, даже смотря по видео, не испытывала восторг. Не моё это. Нафиг-нафиг.
Подняла глаза снова на Глеба и сглотнула, рука непроизвольно сдавила Миллера-младшего сильнее. Повела её вверх, потом вниз. Повторила. И всё это, не разрывая зрительного контакта.
Показалось, что мы даже сглотнули одновременно. Сжала сильнее, и опять размазала смазку. Вверх-вниз, вверх-вниз.
А потом не удержалась, и, так же глядя в чёрные омуты, лизнула головку языком.
Спусковой крючок сработал идеально. Глеб вздрогнул всем телом, приподнял бедра вместе со мной и, запрокинув голову, звучно выдохнул. Сперма толчками выплеснулась мне на грудь и живот.
— Вау, — руку не убрала, продолжая поглаживать уже опадающий орган. А потом просто забралась на мужчину, и сама впилась в его губы. Правда, инициативу тут же перехватили и, перекатив под себя, обцеловали всё лицо.
— Спасибо, маленькая, — нежные губы коснулись моего виска, когда мы привели себя в порядок и забрались под одеяло, собираясь спать. Глеб не позволил надеть пижаму, прижав меня голую к себе спиной и обхватив за талию. Не думала, что усну, когда меня так тесно и жарко обнимали. Но безумный адреналин сегодняшней ночи вырубил практически моментально.
Глава 30
Почувствовать себя совой в субботу сам Бог велел, а значит, можно не вскакивать в рань несусветную, а беззаботно валяться хоть до обеда.
Пребывая в легкой дрёме, уловила, что одеяло в какой-то момент стало сползать. Это мне ужасно не понравилось. Всегда мерзла и спать любила, закутавшись по самый нос. Заскулив, не открывая глаз, стала натягивать убегающего предателя, не понимая, почему он сопротивляется.
Ощутив за спиной что-то теплое, тут же вжалась сильнее и даже застонала. Кайф! Тепло. Однако, когда печка сзади стала странно вибрировать, а в попу уперлось что что-то горячее и большое…
Вздрогнула, просыпаясь и пытаясь тут же отскочить.
— Тихо, Риш, ты куда, — перехватил меня Глеб, переворачивая на спину. Проморгалась, настраивая зрение и рассматривая широкую улыбку на довольном мужском лице. Осознание наших вчерашних приготовлений ко сну опалило щеки огнём, но паниковать не собиралась. Большая девочка. Чего-дуру-то гнать?
— Ты меня зачем разбудил так рано? — сдвинула сердито брови. Солнца за окном не наблюдалось, потому решила, что вставать мне еще не нужно.
