– Ваши чувства тут совершенно ни при чем, – Лиза энергично крутанулась в кресле Зиганшина, – просто обстоятельства гибели вашей сестры совсем другие. В трех других случаях убийца подстерегал свою жертву на ее привычном маршруте, то есть шел целенаправленно, с заранее обдуманным намерением и адресно. Он не выскакивал из дома в бреду и не наносил удар первому попавшемуся человеку. С вашей сестрой произошло совсем иначе. Убийца не мог знать, вызывая «Скорую», что приедет именно она, и приедет одна. Я думаю, у Карпенко развилось острое психическое расстройство, которое иногда начинается с предвестников.
Он растерялся и, не зная, что делать, вызвал «Скорую», искренне надеясь, что ему помогут. Пока машина шла в адрес, состояние усугубилось, ну и…
Лиза смешалась, понимая, как жестоко напоминать Зиганшину обстоятельства смерти его сестры.
Начкрим пожал плечами.
– Возможно, ты права. Не было таких людей на свете, которые хотели смерти Наташи, это я могу точно сказать.
Тут голос Мстислава Юрьевича пресекся, и Лиза деликатно сделала вид, будто изучает таблицу на мониторе.
Составлена таблица была очень толково, и она снова подумала, что из начкрима получился бы прекрасный ученый, не предпочти он силовое предпринимательство.
Справившись с волнением, начкрим сказал, что про Наташу можно будет решить после, когда появится побольше информации. Сейчас они вынуждены опираться на официальные данные, хотя всем известно, насколько они могут отличаться от реальности. Наташа, сказал Зиганшин, делилась с ним, поэтому он знает почти все о ее жизни.
Некоторые сведения удалось почерпнуть у подруги Крашенинникова, хотя она была больше озабочена собственной судьбой и, мечтая стать примерной женой, особо в жизнь своего сначала клиента, а потом жениха не лезла. Знала только, что он давным-давно развелся, детей нет, живет один и, видимо, имеет со своих пациентов что-то помимо зарплаты, раз позволяет себе услуги высококлассной проститутки.
– Но надо будет еще потрясти ее как следует, – резюмировал Мстислав Юрьевич и, перегнувшись через Лизу так, что она невольно вдохнула еле слышный терпкий запах его одеколона, вывел на монитор следующий файл, – теперь перейдем к убийцам.
Ребята как под копирку, различия очень несущественные. Полная-неполная семья, бедный средний класс или средний бедный. Трое из четверых нигде не работали, только Скролибовский трудился в школьной столовой, но, думаю, это по документам, а на деле лоботрясничал так же, как остальные.
