Наоборот, сказал он задумчиво, маме может не понравиться, что после спартанской пищи появляется невестка с разносолами и сын начинает понимать, как плохо о нем заботились. Борщик, котлеты с картошкой, иногда салатик с огурцами – вот и все, что надо для счастья.
Лиза приняла это к сведению, но все равно старалась, чтобы котлеты получались идеальными.
Руслана отпустили в субботу, и в тот же день заехала его начальница, маленькая боевитая женщина со вздернутым подбородком и стальным взглядом. Она привезла пачку диссертаций и, не переступив порога, сказала, если Руслан планирует лениться, ничего у него не выйдет.
Монография, которую он написал на основе своей докторской, произвела прекрасное впечатление, Ученый совет отметил хороший слог, умение автора связно излагать свои мысли и делать выводы, так что пусть Руслан начинает работу над следующей книгой.
– И пока ты ее не сдашь в редакционный отдел, ни о каком увольнении не может быть и речи, – сказала женщина воинственно и, только вырвав у Руслана обещание работать, заметила Лизу, неожиданно ласково улыбнулась ей и ушла, не выпив даже чаю.
Уныние Руслана почти прошло, он рано вставал, делал сложную зарядку и после завтрака сразу принимался за работу, но Лизе иногда казалось, что он специально бодрится, чтобы не огорчать ее.
Но потом наступала ночь, они ложились, крепко обнявшись, и между ними не оставалось фальши и тайн.
После «банного» совещания она, погрузившись в новые хлопоты и тревоги, забросила тайное расследование, несмотря на то, что всплыло довольно много любопытных фактов, которые хотелось разъяснить, но относилась к этому как в свое время к написанию рефератов в университете.
Дело интересное, но не первостепенное, хорошо, если успеется, а нет, так ничего страшного, и без этого на сессию выпустят.
Не успевает она хоть бочком, хоть на минуточку присесть к компьютеру и написать несколько слов в новую книгу, а из издательства, между прочим, уже звонили и мягко намекнули, что если они запускают новую серию автора Лизы Шваб, то неплохо бы для этого получить текст автора Лизы Шваб, хотя бы один.
Нет у нее времени ловить какие-то ускользающие сущности, да и процессуальных оснований тоже нет! Допустим, придет она к Надежде Денисовне и спросит, с какой стати Шелест завещал квартиру ее детям? А Надежда Денисовна скажет: минуточку, а в качестве кого вы меня допрашиваете и в рамках какого дела? Ах, вам любопытно? Так это ваши сугубо личные трудности, я имею полное право ничего вам не отвечать.
