Трава на лужайке перед домом сильно вымахала, и, сменив форму на старые джинсы, Мстислав пошел за косой. В сарае у него теснились самые разные «приспособы» и «приблуды» – от мотоблока до ручного культиватора «Торнадо», но косить он любил по старинке, старой косой, которую нашел в сарае. Лезвие, конечно, проржавело, пришлось заменить его, а косовище замечательно ложилось в руки, легкое, сухое, отполированное ладонями нескольких поколений мужиков.
Зиганшин заработал, наслаждаясь теплым вечером и тем, как хорошо у него получается, как ровно ложится трава под взмахами косы.
«Все мы колосья под серпом твоим», – вдруг пришла в голову фраза, и Мстислав понятия не имел, откуда она и что значит.
В изумрудной траве трогательно голубели какие-то цветочки, закрывались солнышки последних одуванчиков, и Зиганшину стало немножко жаль своей лужайки, но надо, чтобы все выглядело ухоженным и аккуратным.
Иначе соседи заглянут через забор (он поставил высокий глухой забор еще прежде дома, но быстро понял: ни одна ограда не бывает достаточно высока, чтобы ее не могло преодолеть соседское любопытство) и решат, что подполковник впал в запой.
Скошенная трава пахла чуть горьковато, и Зиганшин загрустил.
Когда подъехала Элина на своей микроскопической машинке, он уже закончил работу и вытирал косу специальной тряпочкой.
– Привет, заходи, – сказал он, с удовольствием глядя на нее, – я сейчас, только ополоснусь.
– Прекрати, Зиганшин, не мойся, ты хорошо пахнешь – мужским духом. И я быстрее освобожусь.
– Ну тогда можно для скорости в дом не заходить.
Прямо тут.
Но в дом они все же вошли.
Когда все закончилось, он остался лежать и смотреть, как Элина одевается, и думал, как ему удалось восемь лет назад разглядеть в обычной проститутке деловую жилку. Немножко подтолкнул, показал дорогу, и теперь это преуспевающая бизнес-леди, хозяйка элитного борделя. И выглядит она сейчас так уверенно, что ни за что не подумаешь, что когда-то ей приходилось выполнять любые прихоти клиентов."
"Сочная женщина, хоть уже, кажется, перешагнула сорокалетний рубеж.
Ноги как рельсы, хотя и грудь, и животик – все как следует…
Скользнув взглядом по ее изысканному шелковому костюму, он подумал, что женщины, конечно, гораздо более совершенные существа, чем мужики.
Мужчина каким родился, таким и живет, а если и меняется, всегда несет на себе отпечаток прошлого. Не то с женщинами. Как змеи, они сбрасывают старую шкуру, полностью перевоплощаясь в новую ипостась, которую дарит им судьба.
