И что теперь делать? Да и нужно ли вообще что-то делать, или оставить всё как есть?
Ректора же, кажется, ничуть не смутило произошедшее. Он, напротив, расправил плечи и, едва ли не насвистывая весёлую песенку, прошёл мимо подчинённого, отвесив тому дежурный поклон.
Глаза Элшара вспыхнули злостью, от чего мне стало дурно. Что ж мне везёт-то так?
Дверь я закрыла с недовольной миной, но тут же забыла о двух мужчина, которые для простых совпадений уж слишком часто появляются на моём пути, при том одновременно, и едва ли не бегом побежала на кухню.
При ректоре я бы не смогла насладиться вкусом пирожных, зато сейчас…
М-м-м-м… На вкус это было так же божественно, как и на вид. Воздушный крем, не приторный, а в самую меру сладкий, без ощущения того, что у кондитера дрогнула рука и в него попало пару тройку лишних кусков масла. Ягодная начинка, не вырвиглазно-ядерная, а с лёгкой ноткой кислинки. А тесто? Невесомое, почти не ощущаемое, оно буквально таяло во рту, вместе с кремом и ягодным желе…
Сама не заметила, как от шести купленных осталось только три пирожных.
Пришлось усилием воли буквально оттаскивать себя от стола. И думать над тем, куда деть оставшееся лакомство, чтобы оно не пропало.
И отчего я не расспросила Ришу о хозяйственных мелочах? Ведь они тоже важны, наряду с умением контролировать собственную магию.
Вернулась в гостиную, взяла одну из книг, что вручила мне девушка для очередного ознакомления и бегло просмотрела оглавление.
И надо же, сразу же наткнулась на целый раздел: «Плетение бытовых заклинаний».
Нет, я совершенно точно не планировала вновь опростоволоситься, но и позволить испортиться божественному лакомству просто не могла. Поэтому я долго читала небольшой параграф о сохранении продуктов, ещё дольше всматривалась в картинку, где была нарисована очередность движений пальцев, и только потом решилась.
Главное – успокоиться. Выдохнуть. Очистить голову от ненужных мыслей. И поверить в то, что у меня всё непременно получится.
Я прикоснулась одной рукой к корзинке, второй принялась плести заклинание. Это словно перебирать пальцами струны гитары, или арфы, что больше подходило к плавному передвижению рук.
Мизинец, средний, указательный и большой, минуя безымянный. И жгущую изнутри магию отпустила лишь на мгновение. Кончики пальцев закололо едва ощутимо, и в следующее мгновение над корзиной появилось холодное дымчатое облако.
