Почему? Сама не знаю. Просто поняла, что он не лжёт, и что он в самом деле услышал бы, и что пришёл, помог, спас…
Это осознание выбило почву из-под ног, всего на мгновение, но и этого было достаточно. Потому что наше уединение прервали.
В дверь постучали. А вслед за хмурым:
– Войдите!
В кабинет ввалилась вся честная компания, во главе с Лесси.
Удивительно, но Закари к тому моменту, когда ребята вошли, уже имел вид суровый и надменный, будто и не он мгновение назад источал сплошные переживания. Я же так быстро с нахлынувшими в который раз чувствами справиться не смогла, потому отвернулась к стене, сделав вид, что с великим интересом изучаю ровные ряды папок.
– Ну, – громыхнул господин ректор. – Я жду.
Пришлось обернуться, потому что мне тоже хотелось узнать, что же двигало этими героями, когда они сотворили такое.
Все разом вжали головы в плечи, безмолвно при этом переглядываясь между собой, будто решая, что именно стоит говорить, а о чём умолчать. Но и тут их настигло разочарование.
– Не делайте вид, будто вы не договорились о версии, которую озвучите передо мной и мисс Эленой. Только поспешу вас разочаровать – не услышу от вас правду, буду вынужден воспользоваться услугами ищейки.
Моё присутствие он решил подчеркнуть особо. Уж не знаю, какая цель за этим скрывалась, ведь кому как не Закари знать, что я не их преподавательница вовсе. Но тем не менее.
При упоминании ищейки ребята резко побледнели. Будто все краски с их лиц стёрли разом, от чего тёмная форма, которую они наспех привели в порядок, уж слишком контрастировала с цветом кожи.
– Мы… – начала ещё одна затесавшаяся в их компанию девушка. Высокая, жилистая, с грубоватыми чертами лица. Но её тут же перебил Лесси, что не удивило никого, в том числе Закари.
– Не надо, Элди, я сам, – и выступил вперёд, вдохнул отрывисто, поправил воротник, как если бы он давил и мешал нормально дышать. – Мы хотели попробовать свои силы в полевых условиях! – Выпалил и тут же замолк. Наверняка, когда вся эта гадость затевалась, то фраза «полевые условия» звучала куда солиднее.
Гордо, можно сказать. Сейчас это было настолько жалким оправданием, что это понимал не только ректор, но даже я, ничего не сведущая в этих самых полевых условиях и как они выглядят за стенами академии.
Тишина воцарилась поистине зловещая. Студенты вовсе перестали дышать."
"– Полевые условия, говорите, – спустя, кажется, целую вечность, нехорошо так протянул Закари.
