Я боялась даже не их эмоций. Я боялась правды."
"Парней я нашла в приватной комнате, где и вчера. Вошла, прижимая к груди стопку документов. Сердце билось, как сумасшедшее. Руслан собирался уходить, мазнул по мне взглядом, допил коньяк из бокала и шумно поставил на стол. Зверь, развалившись, сидел на диване. Рассматривал меня на пару с Голди. Я впервые заметила, что у них с леопардом почти одинаковый взгляд.
— Как съездила? — спросил он.
— Займусь делами, — Руслан обошел меня и направился к двери.
— Я должна вам кое-что сказать, — я опустила глаза.
— Останьтесь оба. Это важно.
Глава 29
Они смотрели на меня и ждали продолжения.
Оба настороженные, подозрительные. Братья знали, что разговор будет сложным. Первым паузу нарушил Руслан:
— Что ты хотела сказать?
Я по очереди смотрела на них и пыталась отгадать, как они отреагируют на новость.
Руслан… Сделает вид, что ничего не услышал? Разорется?
Зверь… Скажет — «Как ты могла, принцесса?»
Не знаю.
Это самая большая проблема.
Не знаю.
Я много раз думала об этом.
Пыталась разобраться в своих запутанных чувствах.
Не знаю, что чувствую.
Не знаю, кого и как я люблю. Оба они оставили неизгладимый след в моей душе, в сердце и в жизни. Оба многое значили для меня. Я выбирала сердцем Зверя. Но при этом понимала, что сложись все хоть немного иначе, не факт, что я бы делала такой выбор.
Это самое ужасное.
Я вспоминала истоки чувств к нему. Он был силен, но при этом ласков, хотя я понимала, что это только маска, иллюзия, и Зверь — очень опасный человек с ножом и проблемной психикой.
Я полюбила его за то, что он меня накормил досыта и ничего не попросил взамен, как поступил бы другой мужчина. Хотя мог. Он мог просто заставить меня. Но не сделал этого. Вот за что я его полюбила сначала. Но я хочу выбирать осознанно, а не моим искалеченным детством.
При этом Руслан — тоже не мой искренний выбор, я это понимаю. Наши чувства начались уже после рождения ребенка — после общего горя. И я сама толком не понимаю, откуда они взялись.
Может быть, цементирующим звеном был наш первенец. Эти сильные чувства, которые сводили меня с ума после неудачных и тяжелых родов. И по иронии судьбы, никто не мог их со мной разделить во всем мире, кроме Руслана. Потому что он отец. Он испытывал то же самое, что и я.
Я люблю их обоих. Я ничего не могу сделать.
И навеки с обоими связана — через наших детей.
Это больно. Это трудно.
Это моя семья.
Приобретая одного, я теряю другого, и не хочу, чтобы так было.
