Мы должны определить, где искать в первую очередь. Где он мог спрятать внука?
— Может, вообще не здесь, — застонала я от бессилия.
— Здесь, — возразил Зверь, ведя пальцем по строкам. — Своего внука он спрячет только в личном имении. Недвижимость, оформленная на него, неприкосновенна, туда никто не сунется в отличие от прочей.
— Логично, — согласилась я. — Где мы сейчас?
— В главной резиденции. Здесь родилась ты, — неожиданно сообщил Зверь."
"Я читала адреса строчка за строчкой, пытаясь угадать, за каким из названий может скрываться мой сын.
Что-то не на виду. Там, где будет меньше свидетелей и спокойнее обстановка. Еще туда должны были привезти кучу медицинского оборудования… Это если ребенок вообще не за границей! В списке я увидела недвижимость и в других странах. Он вполне мог переправить малыша к дочке в Лондон. Вполне. Эта мысль парализовала волю и силы.
Я ощутила подбирающуюся панику. Это все равно, что гадать на куриных косточках.
Зверь тоже это понял:
— Нужно найти врачей, которые обслуживали ребенка… Понять, как он вообще попал к Девину.
Зверь взглянул мне в глаза. Вот такой, сосредоточенный на деле, решительный, он нравился мне безумно. Я смотрела в светлые глаза и чувствовала, что заново влюбляюсь.
— Руслан говорил, наблюдение было круглосуточным, — вспомнила я.
— Я съезжу в больницу, — решил он. — Ты можешь остаться здесь. Это теперь твой дом.
— Я поеду с тобой!
— Останься, — он задержался, пальцем сминая мне губы. — Осваивайся, изучи дом. Я скоро приеду. Надеюсь, с твоим сыном.
— Почему ты не хочешь брать меня с собой? — я схватила его запястья, цеплялась за руки.
— Не хочу, чтобы ты болталась со мной по городу. Я еду в больницу, буду искать свидетелей, затем по адресам. Это вызовет подозрения и может быть опасно, а здесь останется охрана. К тому же, мы должны заявить права на наследство. Здесь все твое по праву.
— Для меня важен только ребенок, — призналась я.
Зверь с серьезным видом изучил мои глаза. Если бы речь шла о его потомке, но нет…
— Я знаю.
Поэтому позабочусь обо всем остальном.
— Позвони, если хоть что-то узнаешь, — попросила я.
— Обязательно.
Зверь ушел и без него, в чужом доме, я ощутила себя одинокой.
В дверь кабинета постучали, и я ответила:
— Да?
Думала, кто-то из наших людей, но это был юрист. Без присутствия Зверя он стал спокойнее, но я заметила, что у него затравленные глаза. Хотела было удивиться, почему он здесь, а затем поняла, что его, наверное, не выпускают. Стал заложником в доме.
