Я села в кресло, закинув ногу на ногу и пододвинула документы. Прочла бегло, уверена, Маре подготовил все так, что комар носа не подточит. Каждая бумага в трех экземплярах. Я поняла, почему Маре пошел на сделку в офисе — там были поля для подписи членов правления. Они тоже должны будут подписать.
Я подняла глаза. Маре возвышался надо мной, как гора. Даже жаль, что он не мой настоящий отец. Но кого мы по-настоящему не выбираем — это родителей.
— Смелей, Лили, — мягко подтолкнул он, и я опустила тяжелое перо на дорогую и плотную бумагу.
Я давно заметила, здесь, в высшем обществе, каждая мелочь монументальна и стоит, как крыло самолета. Даже если это просто ручка.
Неторопливо, словно давая фору парням, я подписала каждый документ. Тщательно выводила подпись. Ручка шла так мягко, словно сама писала, без малейших усилий. Меня не корчило от проигрыша и понимания того, что папино наследство помахало на прощание, прежде чем отчалить к другим берегам. Я даже ощутила облегчение.
Даже если весь мир рухнет.
У меня останется мамина квартира и двое детей.
А игры взрослых мужчин слишком тяжело мне дались.
Маре сел рядом и пододвинул к себе уже подписанную стопку. Он расписывался быстро и уверенно. Если я прощалась, то он торопился забрать все и убраться на своем вертолете.
Черт, даже если мальчики догадаются, они же этот вертолет не смогут сбить. Не в центре, на глазах у зевак, журналистов и полиции мегаполиса, чтобы этот вертолет разнес при падении пол квартала. Так что он улетит, уверена.
Скорее всего, на частный аэропорт, где его ждет бизнес-джет и Коринна на борту.
Этот человек большую часть своей жизни провел рука об руку с чудовищем и магнатом, моим отцом. Чего еще я от него ждала. Конечно, он выиграл. Больше всего стало жаль Коринну. Она на меня рассчитывала. По-детски и наивно, но ждала, что старшая сестра ее спасет. Еще немного, Коринна подрастет и поймет, что только в сказках добро побеждает зло.
Я уверена, с ней все будет хорошо.
Ее жизнь останется прежней.
Просто всю жизнь ей придется считаться с Маре и делать то, что он скажет.
После его подписи документы пошли по кругу. Их засвидетельствовали директора, и бумаги вернулись ко мне. Зажав перо, я смотрела на бумагу, пока стопка росла. Наконец, ко мне вернулся последний подписанный документ.
Вот и все."
"Я взглянула на побледневшего телохранителя. Пока все шло по плану — я и так должна была подписать, если Маре доберется до офиса. Но что делать дальше он не знал.
