Руслан отстал, чтобы позвонить в больницу. А мне нужно снять бриллианты и вечернее платье…
Я вошла к себе, и обернулась. Руслан стоял на пороге. Свет я не включила. Просто не думала, что он следом войдет.
— Как Ник?
— Без изменений.
Я повернулась к зеркалу, пытаясь понять, как расстегнуть замочек, и Руслан приблизился со спины.
— Как считаешь, я заслужил поцелуй?
Сердце от страха погнало кровь по венам. Всего одна фраза, и я дышать не могу. Обмираю.
— Повернись.
Я сделала, как он просил. Мы оказались вплотную.
Руслан наклонился, и я дернулась, забыв, о чем думала в ресторане.
Он со мной переспит. Никаких сомнений. Сопротивляться смысла нет. Но именно эта безысходность заставляла шарахаться.
— Ты осталась сама, — тихо напомнил он.
Его рот завис над моим.
Руслан прав…
Поцелуй он заслужил. За оперу, которая не произвела впечатления, но это свидание. За жесткий ответ моему отцу, и за обещание.
В этом притягательность таких мужчин. В их твердости и в том, что они дают расслабится рядом с ними. Не думать о насущном или том, как защитить себя.
Главное, чтобы на твоей шейке красиво смотрелись бриллианты.
Но, конечно, у всего есть плата.
Руслан ущипнул теплыми губами мои. Попробовал. И поцеловал взасос, глубоко проникая в рот языком. Девственницу так не целуют. У меня чуть сердце не остановилось от страха. Он поцеловал так, словно вот-вот трахнет.
Я вздрогнула, когда представила это. Запаниковала.
— Я пока не готова…
Я наклонила голову, пряча глаза. Он поднял за подбородок лицо и улыбнулся.
Ничего не сказал, но взгляд был красноречивым.
Руслан сладко поцеловал меня, растягивая удовольствие.
Не торопился.
Ему нравилось ласкать мои губы.
Я не сопротивлялась властному рту, как в первую брачную ночь, хотя до мурашек было страшно.
— Я боюсь, — призналась я, ощущая, как кружится голова от хмеля и близости жестокого, влиятельного мужчины.
Хорошо, что выпила… Иначе снова были бы слезы. Но вино кружило голову, а кроме страха поцелуи и другие чувства будят. Хотелось, чтобы он меня коснулся.
Очень хотелось…
Мне нужно решиться и закончить это.
Чтобы он успокоился и не мучил меня. Я же понимаю, что ему нужно. Не только сделать мне ребенка, но и окончательно утвердиться в своей власти над мной.
— Постой…
Я отступила, спасаясь от его поцелуев.
Губы горели огнем.
Я поймала его взгляд. Руслан надвигался на меня, расстегивая пиджак и я закрыла глаза. Глубоко вздохнула, ощущая темноту, шорох его одежды и горячее дыхание возбужденного самца.
