Мы не пошли в зале — на лифте поднялись наверх, на последний этаж, где располагались его апартаменты. Все такое знакомое… Коридор, лестница… Спальня.
«Авалон» снова станет моим домом? Нет. Апартаменты Зверя ими станут?
— Это твой новый дом, — сказал он, открывая передо мной дверь.
В апартаментах стояла абсолютная тишина — как в склепе. Казалась она даже внутри комнат шорохи глушила, не говоря о музыке снизу.
На мгновение я остановилась.
Просторное помещение было в темных тонах. На стенах черный шелк, мебель черная, даже простыни на широкой кровати.
Я вошла, оглядываясь. Здесь пахло легко и ненавязчиво — цветочным запахом орхидей, и роз.
Я повернулась к Зверю.
Он через голову стянул футболку, все тело было в крови и пыли. Лицо разбито. Он привел меня не для того, чтобы трахнуть — в таком состоянии даже Зверь не будет думать о сексе. А порочная похоть в светлых глазах мне только кажется…
Я убрала волосы с одной стороны лица, чтобы лучше видеть повреждения.
— Зря отказался от врача…
— Сам схожу, — очень мужским движением он обнял за талию и притянул ближе.
— Не хочу, чтобы тебя здесь кто-то видел. Ты моя, Лили. Только я имею на тебя право смотреть. И буду делать это долго, всю ночь буду на тебя смотреть…
Я опустила взгляд от смущения. Столько огня было в словах. Перед глазами оказалась мускулистая грудь с моим вырезанным именем. Он еще не остыл после драки. Мышцы напрягались от любого прикосновения, как у взбешенного льва.
— Ты на взводе…"
"— Не представляешь как… Иди сюда, — он подвел меня к черной кровати и усадил в мягкие простыни.
— Не бойся, чего ты сжалась?
Я и сама не понимала, почему так скованно себя чувствую.
Зверь сел рядом.
Взгляд был прикован ко мне. Одержимый, немного безумный, но, черт возьми, как он должен выглядеть после того, что сейчас сделал? Он перебирал в моих немытых, спутанных волосах.
— Я хочу, чтобы ты осталась, Лили… — тяжело прошептал он. — Стала здесь хозяйкой. Моей драгоценностью. Принцессой… — он перехватил мою руку и прижал к своей груди напротив сердца, давая почувствовать неровность шрамов.
— Моей женой, если хочешь…
Если бы он предложил это раньше.
Когда я еще не была изранена, могла любить. Я провела пальцами по здоровой стороне лица, по острой скуле и впалой щеке, задевая кончиками пальцев начавшую отрастать щетину.
Я так была в него влюблена.
Только о нем думала. Мечтала о нем.
Каким бы он ни был. Несмотря на репутацию и его пороки.
