— Миледи, от меня сегодня было мало толку, — с горечью проговорил тот, ссутулившись.
— Неправда, — Мирослава подошла к нему вплотную и положила руку на плечо. — Ты был один против всех. И ты бесстрашный воин. И вы, — она обернулась к Одри, — мои единственные друзья.
Теперь уже и у всех глаза были на мокром месте. Мирослава, покачав головой, прошептала:
— Сегодня какой-то ужасно слезоточивый день. Выпить бы по этому поводу…
— …??? — вытаращилась на нее Одри.
— Эээ… Эрвиг, вели подавать обед, — опомнившись, проговорила королева.
— А то надоело все хуже горькой редьки.
— Хуже чего? — переспросил Эрвиг.
— Кхмммм… — вмешалась Одри. — Эрвиг, кажется, ты должен был пойти куда-то.
— Да, леди Одри, — немедленно ответил телохранитель, и умчался отдавать приказ прислуге, чтобы несли обед с кухни.
— Миледи, — как только он ушел, Одри подбоченилась. — Если вы вот так всем и каждому будете показывать, насколько вы не от мира сего, это скоро перестанет быть тайной!
— Это просто нервы, Одри.
Королева помолчала, потом добавила:
— Принц Джонах переходит все границы.
Я чувствую, что он мне тут жизни не даст. А когда приедет новый король Рихарт, никому не известно, и вообще, еще неизвестно, как он ко мне отнесется. Самцы, черт их побери… Все они видят во вдовствующей королеве добычу. Кусок, который плохо лежит!
Мирослава сжала кулаки, от неожиданно нахлынувшей злости глаза блеснули гневом, и в то же мгновение вспыхнула длинным языком пламени стоявшая на столе свеча.
— Миледи… — оторопело прошептала Одри, закрывая рот ладонью.
— Вы ведьма?!!!
— Что? — не поняла Мирослава.
А потом сама, удивленно моргая, уставилась на свечу и та тут же погасла.
— Это… я, что ли?
Одри безмолвно кивнула. Девушка всегда подозревала, что в королеве Линевре был этот дремлющий дар. Но дар если и был, крохотный, а теперь, получается, дар проснулся?
А может… Не может быть! Хотя, почему не может?
— Миледи, скажите, там, ну… там… вы за собой ничего подобного не наблюдали? Ну… — она ткнула пальчиком в свечу.
Мирослава задумалась. Было у нее в первое время после развода. Лампочки взрывались постоянно и чайники электрические. Она даже перешла на обычные. Так несколько раз обычный кипящий чайник без всякой видимой причины умудрился с плиты съехать.
Это прекратилось после того как в ее жизнь вошел Илья Владимирович, он как будто все успокоил, сгладил и выровнял. Правда вскорости Мирослава стала замечать, что на нее мужчины начали как-то уж слишком странно реагировать.
