Но больше всего ее радовало, что она практически не вспоминает о Развольском. Его образ отошел куда-то на второй план, размылся, потускнел. Ослабла и постоянная боль, которую Наталья привыкла носить в себе все эти годы. Жить без боли было как-то непривычно. Поэтому, отдраивая кухонные шкафы и кафель в ванной, она испытывала постоянное чувство изумления.
В сумке зазвенел мобильник. Мелодия была смутно знакомая, но определить ее сразу Наталья не сумела. Нажав на кнопку, она услышала такой же смутно знакомый голос. Голос Развольского.
– Привет, Заяц, – сказал он, и у Натальи непроизвольно остановилось дыхание.
– Привет.
– Ты можешь сейчас приехать, разговор есть.
– Приехать куда?
– В офис, конечно. А что, на квартиру хочешь? Туда тоже можно. Я, между прочим, соскучился.
– Нет, Стас. Если есть разговор, то давай я приеду в офис. Только ты учти, что у меня машины нет.
– Не вопрос, возьми такси, я заплачу, – великодушно заявил шеф. – Давай быстренько, ладно?
Кляня себя последними словами, Наталья вызвала такси и поехала в «VIP-тур».
Развольский широкими шагами мерил свой кабинет и, увидев Наталью в открытую дверь приемной, бросился ей навстречу.
– Быстро, молодец, – коротко похвалил он, увлекая ее за собой. – Выглядишь хорошо. Аня, проследи, чтобы нам не мешали, – бросил он секретарше, и дверь кабинета захлопнулась за ними с привычным звуком. – Ну, здравствуй, Заяц.
– Стас, давай о деле, – Наталья решительно остановила попытку себя поцеловать. – Я же сказала, что у меня мало времени.
– Да ладно тебе ломаться. Как будто я не знаю, как ты по мне соскучилась. Но, если хочешь, давай сначала о деле. В общем, я предлагаю тебе вернуться на работу.
– Вернуться? А как же Муромцев? Или у тебя появились двадцать тысяч долларов?
– Нет, не появились, – недовольно буркнул Развольский. – Но со стороны Муромцева претензий не будет.
– Откуда ты знаешь?
– Спросил мимоходом. Он сказал, что остыл и что я могу смело возвращать тебя обратно."
"– Понятно, – кивнула Наталья. – С господином Муромцевым мы разобрались.
А зачем тебе надо, чтобы я вернулась?
– Наташ, ну ты ведь мне не чужая, – сердито сказал Развольский. – Я что, не понимаю, что тебе жить не на что. Машина опять же. На, держи ключи. – Брелок со скрещенной буквой дабл ю, звеня, прокатился по столу.
– То есть ты зовешь меня на работу, потому что мне не на что жить, – уточнила Наталья. – А других причин нет?
– Есть, – буркнул шеф. – Есть и другие причины. У нас тут без тебя все рушится.
